Книга Давай притворимся, страница 68 – Э. Сальвадор

Первым нарушает ее Сайлас.

— Мы уже здесь. Что бы вы ни собирались спросить, просто сделайте это.

Боже правый.

Не знаю, стоит ли пригнуться и ждать какого-нибудь взрыва, который выльется в скандал года, так что замираю и жду.

Мои родители процветают на конфронтации, особенно мама. У нее на все есть ответ, и, что бы ни случилось, никогда не бывает неправа. Родители всегда заставляли меня нервничать, и каждый раз была вынуждена сбегать, чтобы упустить часовые нотации. Для нее не существовало слова «спор», это было просто «разговором».

Я избегала их любой ценой, особенно потому, что пассивная агрессия порой была невыносима. Иногда могла мириться с некоторыми вещами, но уничижительные замечания было трудно пропускать мимо ушей.

— Мы просто ужинаем, — начинает Клара.

Взгляд Теи скользит между членами семьи, но она молчит. Выглядит то ли скучающей, то ли раздраженной, я не могу понять.

Сайлас смотрит на маму с подозрением.

— То есть мы здесь ради ужина?

— Да, Сайлас, — отвечает отец, слегка раздраженный, прежде чем низкий британский голос становится безразличным. — Мы просто ужинаем с твоей девушкой, о существовании которой узнали всего несколько дней назад.

— Мы недавно начали встречаться, — добавляет Сайлас.

— И все еще узнаем друг друга, — вставляю я, не уверенная, стоило ли вообще что-то говорить.

— Верно, — в том, как он произносит это единственное слово, звучит что-то саркастичное. Но именно легкая усмешка в уголках губ и искра вызова в глазах заставляют меня съежиться. — Раз уж недавно, Сайлас уже рассказал, насколько он предан хоккею? Потому что если нет, ты должна знать: он был, есть и будет на первом месте. Все остальное в его жизни — либо второе, либо последнее. Поэтому должна понять, что он не может позволить себе отвлечение. Не так ли, Сайлас? — заявляет он, переводя на сына напряженный, твердый взгляд.

— Это...

— Я тоже не могу позволить себе отвлечение, — перебиваю я Сайласа, и все поворачиваются на меня, словно произнесла нечто неземное. — Хочу сказать, в моей жизни и так полно дел. Сайлас это знает, так же как и я знаю, что у него дел по горло. Поэтому мы не торопимся, узнаем друг друга.

Его отец хмыкает и изучает меня.

— А чем вы занимаетесь?

Сайлас кладет руку мне на бедро, мягко сжимая и словно пытаясь убедить, что все будет хорошо.

— Я студентка дневного отделения. У меня две работы и собственный бизнес.

— Что за бизнес? — спрашивает Клара, и ее глаза загораются.

— Выпечка. Я пеку самые разные десерты, — с гордостью отвечаю я.

— И получается просто сногсшибательно. У Анны есть страница в «Инстаграм», куда выкладывает все свои кулинарные произведения искусства, — добавляет Сайлас, не менее гордый.

Я не успеваю скрыть шок, но, опомнившись через секунду, прячу его. Я не знала, что он заглядывал на страницу.

— О, мило, — ухмыляется Клара, но звук и выражение безупречного, без морщин, лица кажутся и выглядят фальшиво. Это снисходительно и успокаивающе. Я хорошо это знаю — мама принимала похожее выражение, когда была чем-то недовольна.

Сайлас убирает руку с моего бедра, хватает руку и кладет на стол. Взгляды всех присутствующих устремляются на нее.

Это интимно — то, как он осторожно держит ее, как успокаивающе водит большим пальцем по костяшкам. Для человека, у которого никогда не было девушки, он хорошо справляется. Даже то, как смотрит мне в глаза, кажется личным, полным нежности, особенным.