Книга Давай притворимся, страница 1 – Э. Сальвадор

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу-переводчика строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Перевод выполнен каналом Wombooks (#wombook)

Сайлас

Воскресенье, 1 декабря

— Смотри, вот тут-то ты и облажался, — говорит отец, снова включая запись пятничной игры против «Дартмута». Он ставит видео на паузу, приближает кадр, где я нахожусь на льду, и снова нажимает «Воспроизвести». Говорит поверх видео, цепляясь к моему каждому микроскопическому движению. — Шайба была у тебя, но потом...

Я отключаюсь, мельком глянув на маму, сидящую напротив. Посылаю ей взгляд в стиле пожалуйста, останови его, но та либо делает вид, что ничего не замечает, либо действительно не видит мольбы, поскольку не говорит ни слова. Ставлю на второе. Она почти никогда не вмешивается, если только не горит желанием перетянуть все внимание на себя.

— Ты вообще слушаешь? — голос резкий, и отец щелкает пальцами перед моим лицом. — Не знаю, чем там занимался, но играл ты в пятницу отвратительно. Соберись уже наконец, Сайлас. Я не потратил...

— Здравствуйте, — говорит официантка, Сьюзи — нет, это не Сьюзи. Перед нами стоит какая-то новая девушка с подносом напитков. — Сьюзи пришлось отойти. Меня зовут Анна, и сегодня буду вас обслуживать.

Родители ее практически не замечают, но Тея, моя сестра, дарит короткую улыбку. Похоже, Анна не принимает это близко к сердцу и не переживает: обиды в ней не видно, и это к лучшему, потому что родители, мягко говоря, те еще персонажи.

В ней есть что-то знакомое, хотя не понимаю, что именно. Анна привлекательная, да настолько, что сложно отвести взгляд — по крайней мере, до тех пор, пока ее глаза не встречаются с моими и между бровей не прорезается маленькая складка. Будто хмурится, но не уверен, потому что уже в следующее мгновение девушка переводит внимание на моих родителей.

Понятия не имею почему, и, честно говоря, плевать.

— Вы готовы сделать заказ? — спрашивает она, поставив напитки на стол.

— Нет, ждем еще нескольких человек. Они должны подойти с минуты на минуту. Так что постойте здесь.

— Да, мэм, — Анна только улыбается.

Я смотрю на маму, но та не ловит взгляд. Перевожу глаза на Тею, поджимающую губы, наверное, чтобы не расхохотаться.

Стоило догадаться раньше: рядом три пустых стула.

Черт бы меня побрал.

— Я думал, мы будем втроем. Только не говори, что ты пригласила Флоренс, это ведь не так? — я сжимаю челюсти, видя раздраженное выражение маминого лица, будто испортил ей вечер.

— Дело не только во Флоренс. Я пригласила и ее родителей, которые, между прочим, наши лучшие друзья. Не драматизируй, — в ее голосе проскальзывает едкость, но для посторонних он, как всегда, звучит мягко, сладко и почти дружелюбно.

И как раз в этот момент появляются Флоренс и ее родители.

Наши отцы — лучшие друзья с детства: играли вместе в НХЛ, а мамы познакомились через них. И, собственно поэтому, я знаю Флоренс буквально с рождения. С тех пор наши матери неустанно плетут схемы, чтобы свести нас и поженить.

Да к черту.

Флоренс Чаннинг, королева хоккейных фанаток, — самая ужасная головная боль в моей жизни. Однажды мы переспали, и я буду жалеть об этом до конца своих дней. Мамы продолжают пичкать ее бредом о том, что мы сойдемся, хотя я раз за разом вдалбливаю Флоренс, что ничего к ней не чувствую. Но по какой-то причине она не может оставить произошедшее в прошлом. Хавает любую чушь, которую ей скармливают.