Онлайн книга «Волк в ее голове»
|
— «…температуру, длеи…» — «давление, концентрацию», — как ребёнку, подсказывает Леонидас. Голос у него грубеет, злеет, и я поддаюсь на чужие эмоции, выпаливаю в бородатое лицо: — «Если изменить одно из условий — температуру, давление или концентрацию веществ, — при которых данная система находится в системе… нет, состоянии химического ревно… равновесия, раснов… весие сместится в нала…» Остальной класс стонет, зевает, шуршит тетрадями. Леонидас смотрит на доску и пожёвывает губы. В кармане у меня снова просыпается телефон, и его вибрация отдаётся не то в ноге, не то в желудке. Не обращать внимания! В жопу определение! Своими словами! — Система сопротивляется внешнему… внешним… ну, вторжению сопротивляется. Леонидас вздрагивает, словно очнувшись от мыслей, и недобро смотрит на меня. — Плохо, Арсеньев. — Да где «плохо»?! Он молча разворачивается и идёт к своему столу. Телефон не утихает, и хочется швырнуть его в Леонидаса. Почему «плохо»? — Что такое необратимая реакция? Гордейко, фас. Олеся пускается в объяснения. Говоря, она посматривает на Валентина, словно доказывает своим ответом какую-то настоящую, единственную правду. Слушает ли её Валентин? Не уверен: взгляд жёлтых глаз пронизывает окно и как бы пытается испепелить похоронную процессию. Мой телефон вибрирует, нудит, гундит, скачет в нетерпении, и я на ощупь сбрасываю вызов. Метель усиливается, скрывает и дорогу, и кладбище, и только вершина холма — могилка да деревья — мутно чернеет вдали. Будто маяк в снежной пустоши. Странный, пугающий, зловещий маяк. Шабаш в кармане повторяется, и заряд мобильного уменьшается на одну палочку. Валентин устало смотрит на меня: мол, этот тарарам уже и ему поднадоел. Я наклоняюсь под парту и прикладываю телефон к уху. — Господибоже, я на… — Добрый день? — раздаётся мужской голос. Диана сменила пол? — Че?.. Вы кто? — Евгений Леонидович, меня зовут Фёдор Любжин, я менеджер NWSEAFOOD по работе с индивидуальными предпринимателями в Северо-Западном федеральном округе. Я не знаю, что на это ответить. Какой, блин, Евгений Леонидович? Какой Фёдор? Какой федеральный округ? — Вы некоторое время назад оставляли заявочку, — собеседник, судя по голосу, чувствует моё непонимание. — Извините, что так долго не перезванивал… — Че оставляли? — Сын мой… — шипит Валентин. — Так точно, заявочка на организацию поставок. В мыслях возникает синий ключ с надписью NWSEAFOOD на головке, затем милаха-рыбка, которая держит флажок NWSEAFOOD. — А-а! — шепчу я. — Сорян… То есть я… Вы знаете, мне только хотелось знать, имеете ли вы связь с Северо-Стрелецком и Омском. — Может быть, мы могли бы встретиться? Как я понимаю, вы находитесь в Сева… Све… — Северо-Стрелецке, — заканчиваю я за него. — Сын мой! — снова шипит Валентин. — Тебя все слышат. — Да, так вот: наши склады в Северо-Стрелецке, к сожалению, на данный момент закрыты и передаются в муниципальную собственность, но, Евгений Леонидович, я могу подъехать в течение недели… Синий ключ. NWSEAFOOD. Склады. В складах есть двери. В дверях есть замки. — …и мы обсудим другие варианты. Единственное… — Стоп. — … предварительно мне хотелось бы… — Стоп! В Северо-Стрелецке были ваши склады? Собеседник прокашливается. — Так точно, Евгений Леонидович, — с некой досадой отвечает он. — До 2012 года. Идёт их передача в оперативное управле… |