Книга Погоня за судьбой, страница 716 – Ди

Старик и юнец взволнованно встречали единственную женщину в форме… Нет, не единственную. Вторая женщина, совсем маленькая, словно ребёнок на фоне рослых великанов, появилась в дверях капсулы одной из последних.

— Софи! — крикнула я, и её имя было последним воздухом в моих лёгких.

Она подняла голову, и лицо её озарилось улыбкой, осветилось изнутри — и тут же улыбка исчезла, сменяясь чем-то другим. Не радостью — глубоким, животным облегчением, будто всю дорогу она несла неподъёмный груз и только сейчас позволила себе поставить его на землю.

Словно птица, она порхнула в сторону эскалатора. Василий принял из её рук рюкзак, и несколько секунд спустя я вжималась в неё, вдыхая до боли знакомый, божественный и страшный аромат её духов, смешанный с запахами грозы и чего-то технического. А её объятия были стальными, как тиски, выжимающие из меня последние капли жизни, чтобы доказать, что она ещё есть. Мы стискивали друг друга так, что у нас обеих ныли рёбра. Пальцы моей механической руки впивались в прохладную ткань её мундира, а другая, новая, живая, ощупывала шёлк её волос.

Я проверяла: жива? Цела? Моя? Я боялась, что, если разожму объятия — она рассыплется пеплом. Или… отойдёт на шаг, и между нами окажется та самая пропасть, которую мы заглушали друг в друге — и это будет ещё страшнее. А если не разожму, то мы обе задохнёмся — и тогда мне будет всё равно.

— Живая, — тихо прошептала она и прижалась к моей щеке.

— Как же я скучала по тебе, — пробормотала я. — Если я тебя сейчас отпущу, ты не исчезнешь?

— Нет уж, хватит с меня разлук. И… прости меня, пожалуйста. — Хватка её чуть ослабла, и она зарылась мне в волосы. — Я ведь потеряла веру. Я думала, что ты уже не вернёшься обратно.

— Меня так просто не возьмёшь! — с напускной удалью фыркнула я. — Многие пытались, да зубы пообломали.

Пообломали… Если бы не Софи и «Анкилон» под её управлением, я бы дрейфовала, холодная, по орбите Юпитера до конца времён. Мы обе это понимали — и обе промолчали, замерев в объятиях друг друга…

Воссоединившиеся семьи поднимались по эскалатору и шли мимо. Один из великанов задержался и подошёл к нам. Его лицо, наискось рассечённое шрамом, казалось мне смутно знакомым. Он едва заметно кивнул мне, глянул на Софи сверху вниз и хорошо поставленным командирским басом заявил:

— Младший сержант Толедо, жду тебя завтра вечером на сходку. Не забудь перед этим как следует поужинать.

— Entendido, camaradacoronel, — задорно сверкнув глазами, отчеканила она на родном испанском. — Могу привести с собой друзей?

— Приводи кого хочешь, места всем хватит.

Две девочки, мальчик-подросток и высокая белокурая женщина мягко, но настойчиво увлекли полковника в сторону выхода со станции. Софи провожала его каким-то горящим, полным восхищения взглядом, а затем повернулась ко мне. Улыбка на её лице была усталой, и я вдруг заметила едва различимые морщинки, что появились возле её глаз. Их раньше не было.

Внизу, в опустевшем вестибюле, остались лишь трое: старик, юноша да женщина в форме. Они стояли, прижавшись друг к другу, а старик, не стыдясь, вытирал платком глаза.

— Софи, что с ними? — тихо спросила я. — Здесь все радуются, а они…

— Агата потеряла сестру-близняшку, — так же тихо ответила Софи. — При штурме Гиппарха. Агнию срезала лазерная ловушка, прямо на её глазах. Лучше не вспоминать… За эти пять недель я всякого насмотрелась.