Книга Погоня за судьбой, страница 649 – Ди

Первой очнулась Софи — она вцепилась в микрофон, и её голос сорвался на крик:

— Капитан Юмашева, вы что, с ума сошли?! Вы нас чуть не угробили!

— Имею полное право, — раздался из динамика сухой, без тени улыбки, голос. — Скажите спасибо, что не поджарила вас за кражу данных, а ведь могла бы. И мне бы за это ничего не было. А теперь — отчёт. Кто на борту? Куда следуете?.. Хотя куда — я и так знаю…

Василий выдохнул, взяв себя в руки.

— Экипаж — трое. Я, София и… Лиза.

Звенящая пауза.

— Вот как… — протянула Юмашева. — Контрабандистов втихую подвозите? Что ж… Здравствуй снова, Елизавета. Не думала, что наши пути снова пересекутся, но, как вижу, вселенная теснее, чем кажется.

Холодный пот выступил вдоль позвоночника. Ловушка. Софи, Василий, я — и «Фидес», наводящий на нас свои орудия. Мысли, которые грызли меня с Порт-Лигата, обрушились разом: спецназ ГСБ, их молниеносное появление, их приказ «ликвидировать», и всё это упиралось в «Фидес», в ту операцию. Нас не просто искали — нас вычислили и приговорили к утилизации.

— Диана, — мой голос прозвучал в тишине рубки неожиданно громко. — Скажи честно. Почему спецназ ГСБ пытался нас убить? Это ты? Всё из-за сворованных данных? Или из-за той беседы с андроидом, которая просочилась в прессу?

И снова пауза. В динамике что-то шипело, будто сама тишина закипала в вакууме.

— Вас… пытались убить? — голос Юмашевой дрогнул. — Клянусь, я не знала. Но это… меняет картину. Я в курсе только об одном — в аппарате Ионова завёлся «крот». Иначе как объяснить утечку к журналистам? Но это не ваша война. И не моя.

«Крот». «Сливной бачок». Грязная кухня спецслужб. Одной рукой они суют своему питомцу, кто бы он ни был, паёк, а другой — всаживают нож между рёбер. На этой скотобойне постоянно кто-то гибнет — и всё ради чьего-то толстого кошелька. Марк, Мэттлок, те военные полицейские… все они просто статистика в чьём-то отчёте.

Но голос Юмашевой звучал честно. Я знала её — хотела верить, что знаю, — и сейчас, после кошмара погони, после психической схватки на берегу эта вера была последним канатом над пропастью. Я решила не давить и не спрашивать про долговязого урода в очках. Пусть это останется нашим с Софи личным, общим кошмаром.

Надежда, которую я уже успела похоронить, шевельнулась в груди. Мы не одни — и это уже что-то.

— Я рада, что ты здесь, Диана, — сказала я, но слова вышли менее уверенными, чем хотелось. — Вижу, вы не теряли времени.

— Могли бы и быстрее, — последовал усталый вздох. — Данные расшифровывали три дня, но бумаги… бумаги, понимаешь? Вселенная рухнет, а бюрократия будет требовать четырёх подписей на трёх экземплярах… Впрочем, мы догнали вас не ради болтовни. Нам нужно обсудить кое-что серьёзное. Предлагаю стыковку. Заходите в гости.

Щелчок. Связь прервалась, и в рубке повисла тишина.

— Ну, в гости, так в гости, — Василий хрипло прокашлялся и потянулся к панели торможения. — Знатный приём будет, поди…

Мы переглянулись. В глазах Софи сверкнуло глубокое, усталое облегчение, смешанное с новой, острой тревогой. Всё, что было до этого — побег, погоня, Юпитер — было лишь прелюдией, и вот-вот начнётся главное.

Мы выбрались из рубки, цепляясь за поручни в коридоре, что стал свидетелем нашего падения в бездну, и поплыли к подсобке. Там, в серых ящиках, ждали наши новые личины — жёлтые скафандры геологоразведчиков. Костюмы для следующей лжи…