Книга Погоня за судьбой, страница 1104 – Ди

По коридору я вернулась до выхода в грузовой отсек, смятого неведомой силой. На карачках пробравшись к люку, который стал препятствием для местной мегафауны, я осторожно выглянула наружу. Было видно грузовую рампу, а в темноте под ней плясали огоньки, и я разглядела существ размером с некрупных собак о трёх ногах с огромным фасеточным глазом вместо морды. Они тоже увидели меня и вразнобой заголосили — звук был похож на лесной птичий гомон. А затем существа разбежались кто куда. Не от страха, а с удовлетворённым любопытством.

Отдалявшиеся отрывистые чириканья стихли, и я решилась вылезти наружу.

… — Как слышишь? — раздался искажённый динамиком голос. Женский. Вера. — Лиза, как слышишь? Устроила себе экскурсию по местным достопримечательностям?

— Кто тебе дал голос? — проворчала я, сжимая рукоять кортика — музейного экспоната, что теперь должен стать моей защитой.

— Иван Иваныч, кто же ещё? — голос Веры был сладок, как сироп. — Он волнуется. Будто ты можешь деться куда-то с этой помойки.

— Было дело, — скрежетнул старик. — Мы несколько часов тебя ждали.

— Думали, что ты уже откинула копыта, — вставила Вера.

— Спелись, значит? — спросила я вполголоса, вслушиваясь в тишину. — Прекрасный дуэт. Предателя и убийцы.

В словах моих не было злости — просто диагноз, осознание ролей в пьесе, текст которой я наконец прочла.

— Кто прошлое помянет — тому глаз вон, — скрежетал дядя Ваня. — А у тебя, дорогая, оба на месте. Давай, не задерживайся…

Он пытался шутить по-старому, и получалось плохо. Словно автомат с заевшей пластинкой.

Я ступила на рампу и вполголоса протянула:

— Ну что, пока у нас есть немного будущего… придумали, как его провести?

Мой вопрос не был сарказмом. Это была настоящая, последняя попытка узнать их планы. Они ведь, наверное, тоже были до того, как всё стало прахом.

— Вера, — перевёл стрелки старик, — а у твоей оболочки срок годности есть?

— О, огромный. Пока коррозия не съест. Или пока следующая экспедиция не найдёт то, что от нас останется. — В её голосе танцевала ядовитая насмешка. — Мы станем неплохой музейной экспозицией. Три дурака в одном тазу пустились по морю в грозу…

Я стала спускаться по рампе, держа старый клинок наготове. Я отчаянно моргала и вращала глазами, чтобы хоть как-то освободить веки от застывших под ними капель крови. Постояв некоторое время внизу, подождала, когда глаза привыкнут к бледному свечению этого мира после затхлой темноты корабля.

— Так ты трогала эту штуку? — вопросила Вера. — Что ты почувствовала?

— Думаю, я стала немного ближе к пониманию, как всё устроено, — задумчиво протянула я.

— О, откровения, — с фальшивым восторгом воскликнула Вера. — Ты обладаешь телекинезом, а теперь уже почти пророк… Может, попросишь Мироздание прислать за нами такси?

Я не ответила. Её насмешка была жужжанием мухи в камере смертника. Фоновым шумом конца, не требующим ответа. Не заслуживающим его.

Выбрав направление на «Виатор», я осторожно пошла вперёд. Вокруг было тихо, если не считать отдалённого курлыканья невидимых животных — и мне казалось, что я раньше видела тех «собачек», но только совсем в других обстоятельствах.

Что-то заставило меня перестать смотреть под ноги, задрать голову вверх, и я узрела сказочное звёздное небо, окрашенное пятнами туманностей, будто гигантскими бензиновыми кляксами, растянувшимися по поверхности воды. Не было на небесах давешних зеркальных облаков, а сквозь искрящийся небосвод пролетали камни. Большие и маленькие, группками и по-отдельности — неспешно и лениво они наискось дрейфовали вдаль. Я отлично видела их отсюда, в свете множества огоньков, что росли на этих кусках породы горстями и шевелились на гибких ножках, будто грибницы. Целые миры-астероиды, несущие на своих спинах сады светящейся жизни.