Книга Заговор братства, страница 17 – Арно Штробель

Хельга Петерс, которой, как и фрау Мюллер, было двадцать девять лет, отвечает за преподавание им английского языка. Латынь и религию будет преподавать Дитер Кюнсвальд, теолог, которому накануне исполнилось тридцать восемь лет. У него на затылке уже наметилась довольно большая круглая лысина.

Несимпатичному мужчине в металлических очках было тридцать пять лет, его звали Иозеф Гильмайер, и он должен был, а как же могло быть иначе, преподавать им математику и политику. Последним был представлен учитель физики и экономики двадцатишестилетний Герберт фон Бальтенштайн — самый молодой представитель сильного пола из учителей. Юношеское лицо и длинные пряди темно-русых волос, свисавших на лоб, делали его еще моложе.

Фон Зетлер бросил довольный взгляд на шестерых учителей и снова обратился к мальчикам:

— Директором новой школы будет господин Гильмайер, — пояснил он. — Он получил от меня указания, чтобы вас обучали и воспитывали с большой заботой и необходимой строгостью. Хочу, чтобы вы поняли, что я не потерплю никакой небрежности. Вы должны уважать учителей и слушаться их. Любое непослушание будет наказано.

Выражение его лица убедило мальчиков, что именно так и будет.

— Я не пугаю вас и не угрожаю, но успех или провал нашего великого дела зависит большей частью от вас, поэтому необходима очень строгая дисциплина. Вы меня поняли?

Мальчики уже знали, какого ответа ожидает фон Зетлер на свой вопрос. Они почти в то же время прокричали:

— Слушаемся!

Он гордо повернулся к учителям.

— Разве это не великолепные ребята? Немецкая элита по уму и характеру! Сделайте из них мужчин в духе нашего братства, дамы и господа. Прошу, господин Гильмайер!

Новый директор вышел вперед. В круглых стеклышках его очков отражался свет ламп, поэтому маленькие глазки можно было скорее угадать, чем увидеть.

— Присоединяюсь к словам господина фон Зетлера, — сказал он тоненьким голосом, который был слишком высок для мужчины. — Я ожидаю от вас уважения, дисциплины, прилежания и абсолютного послушания. Если у вас возникнут какие-либо проблемы, приходите ко мне. Я найду решение, положитесь в этом на меня. Может быть, кому-то оно не понравится, но в любом случае мое решение будет действенным.

Он минуту помолчал и спросил:

— Вопросы есть?

Мальчики переглянулись. Все молчали. Гильмайер довольно кивнул и хотел уже повернуться, когда из рядов его новых учеников раздался насмешливый голос:

— Да это же как в вермахте.

С быстротой, которую у него на первый взгляд нельзя было заподозрить, он развернулся на каблуках и шагнул к мальчикам.

— Кто это сказал?

— Я.

Этот мальчик сидел прямо перед Фридрихом. Он был высокого роста и походил на шестнадцатилетнего, хотя ему было только четырнадцать лет.

Директор подошел к нему.

— Как вас зовут?

— Юрген Денгельман.

— Встаньте, когда я с вами разговариваю.

Денгельман лениво поднялся и с ухмылкой посмотрел по сторонам. Гильмайер терпеливо подождал, пока тот встанет смирно, а потом влепил ему такую оплеуху, от которой голова мальчика дернулась. Отпечаток руки на щеке тотчас стал пламенным.

Гильмайер посмотрел на Денгельмана и сказал, спокойно и тихо:

— У вас есть в запасе еще какие-либо веселые замечания, молодой человек?

Юрген глядел в пол.

— Нет, господин Гильмайер.