Книга Заговор братства, страница 19 – Арно Штробель

Как будто отдельно от Гильмайера, его рука через короткие промежутки времени поднималась, мизинец отгибался, и он подвигал очки вверх.

— Вашим главным занятием здесь станут учеба, — продолжил директор. — Дополнениями станут спортивные и другие занятия в свободное время. В любом случае получать удовольствие от них смогут только те, успехами кого я буду доволен. Я придерживаюсь точки зрения, что право на удовольствие надо заслужить.

Казалось, ему доставляет радость демонстрировать мальчикам свою власть над ними.

— Полагаю, вы уже ненавидите меня, но будьте уверены, ваши чувства мне абсолютно безразличны. Я думаю, вы меня поняли.

— Здесь ты попал в точку. Еще как ненавидим…

Денгельман стоял в нескольких метрах от фон Кайпена, но Фридрих услышал слова, которые он сказал вполголоса. Гильмайер на минуту замер и направил взгляд на группу, в которой стоял Денгельман. При этом он несколько раз поправил очки. Казалось, директор не был уверен, что понял, кто именно прокомментировал его выступление. К удивлению Фридриха, он сделал вид, что ничего не услышал, и продолжил:

— Вас разделили на три класса. Это сделано для того, чтобы учителя могли обратить внимание на каждого и позаботиться о каждом, — пояснил он.

После этого они обошли весь интернат. Осмотрели здание школы, в нем было семь вновь оборудованных классных комнат на первом этаже и столько же на втором, и все безликие, как холл, а потом через внутренний двор отправились к левому из трех домов, составлявших этот комплекс. И конечно, все это под руководством Гильмайера.

В прежнем здании для персонала теперь оборудовали комнаты для учеников. Фридрих прикинул, что места здесь хватит максимум для ста пятидесяти человек. «Ну и где фон Зетлер хочет разместить триста мальчиков?» — спросил он себя. Надо будет задать этот вопрос, если представится удобный случай.

В каждой комнате стояли четыре кровати и четыре скромных деревянных шкафа с двойными дверями. Было и четыре столика с лампами. Мебель новая. Пустые шкафы и незастеленные кровати делали все помещения крайне неуютными, казенными. Все это изменится, когда мальчики разложат здесь свои личные вещи.

На каждом этаже туалет, душ и все остальное, что нужно цивилизованному человеку.

Столовая и кухня располагались на правой половине дома. Квартиры преподавателей находились в отдельном отсеке. Доступ в эту часть был ученикам строго воспрещен. Гильмайер сказал об этом целых три раза. Оказывается, преподаватели находились здесь уже два месяца и успели обжиться. Вот и ответ на вопрос, почему никто не видел, как они приехали.

Когда закончилась эта экскурсия, мальчиков разделили и отвели в классы на первом этаже школьного здания. Три класса.

Классными руководителями им назначили господина фон Бальтенштайна, фрау Мюллер и фрау Петерс. Они и раздали учебные планы на первое полугодие. Как правило, с восьми часов утра у мальчиков было по три пары уроков, которые прерывались двумя десятиминутными переменами. Потом обед, а после обеда они два часа занимались или спортом, или актуальной политикой, или практической религией по программе.

В классе Фридриха один из учеников спросил, что это такое — практическая религия? Фон Бальтенштайн ответил так:

— В первую очередь вы должны молиться, молиться, молиться, чтобы привыкнуть к этому. Кроме того, вы познакомитесь с организацией и работой католической церкви и узнаете о том, как идут дела внутри Ватикана. Мы имеем в виду не ту версию, которая изучается в обычных школах. Господин Кюнсвальд познакомит вас с римской курией очень подробно и объяснит, как она функционирует на самом деле. Вы увидите, что это имеет мало общего с официальными представлениями.