Книга Моряк, страница 33 – Ларс Кеплер

Она замирает от странного крика. Ужасного, режущего, полного страха. Дагмар переводит взгляд на окно дочери как раз в тот миг, когда изнутри стекло чем-то забрызгивает.

Похоже на вино, но она понимает: это кровь.

Сверху раздаётся новый крик. Кричит её дочь Соланж, но голос напоминает животное в предсмертной муке.

Дагмар издаёт лишь гортанный стон, роняет перчатки и бежит к дому.

Взлетает по четырём каменным ступеням и прямо в сапогах врывается в прихожую.

Входная дверь отскакивает назад.

В доме кромешная темнота. Весеннее солнце ослепило её. Дагмар случайно опрокидывает столик, миска с ключами звенит о пол.

Она нащупывает перила и, спотыкаясь, бежит вверх.

— Мама! — испуганно кричит Соланж.

Дагмар поднимается на площадку, слышит слабые удары ладоней по двери, а затем новый вопль предсмертного ужаса.

— Соланж! — ревёт она, дёргая ручку запертой двери. — Открой! Немедленно открой!

Дагмар бросается на дверь, но та не поддаётся. Она отступает на несколько шагов и скользит сапогами по половичку.

— Соланж, что происходит? — кричит она и в тот же миг видит кровь, текущую из-под двери на пол.

— Мама…

Дагмар слышит стоны Соланж, затем музыка в комнате внезапно становится громче.

— Открой! — кричит Дагмар.

Она разбегается и бьёт ногой в дверь — дерево трещит. Бьёт снова и снова изо всех сил. Дерево раскалывается, щепки торчат вокруг петель и косяка, но к двери придвинут большой книжный шкаф. Дагмар наваливается плечом, упирается ногами, шкаф ползёт внутрь, и наконец она может протиснуться в комнату дочери.

— Нет, нет, нет, Соланж…

Косой солнечный свет льётся через забрызганное окно. Кровь повсюду. Её дочь лежит на полу и истекает кровью. Рот открыт, губы странно подёргиваются. Дагмар опускается рядом. Лицо у Соланж белое. Обе руки располосованы от запястий до локтевых сгибов. Из глубоких ран толчками хлещет кровь.

Дагмар переводит взгляд на Тууликки. Та сидит на кровати Соланж, прижимая к себе плюшевого медведя. Босые ступни в крови. Она смотрит на подругу, лежащую на полу. На юном лице нет никакого выражения. Рядом на кровати лежит строительный нож с выдвинутым острым треугольным лезвием.

• • •

Инспектор уголовной полиции Ребекка Рёр останавливается за полицейской машиной, наполовину заехавшей на тротуар; синяя мигалка лихорадочно кружит по деревьям и заборам.

Сирены скорой слышны всё дальше.

Когда поступил вызов и Ребекка услышала адрес, ей показалось, что сердце остановилось и превратилось в лёд.

В этом доме живут её лучшая подруга Дагмар и дочь Дагмар Соланж — самый близкий к собственной дочери человек, который у Ребекки когда-либо будет, как она часто говорит себе.

Апрельское солнце мягко сияет, когда она выходит из машины. Всегда трудно понять, как ужасные вещи могут происходить в идиллических местах, особенно в таком знакомом, вместившем столь большую часть жизни.

Дагмар бежит ей навстречу, лицо и руки в крови, зрачки расширены от шока.

— Ребекка! — кричит она сорванным голосом.

Ребекка принимает Дагмар в объятия и чувствует, как та дрожит и словно пышет жаром.

— Я здесь. Дыши, милая, — говорит Ребекка и снова и снова целует её в макушку. — Вот так, дыши… я здесь.

— Она не должна умереть, — плачет Дагмар.

— Ею занимаются. Она справится.

— Господи, я не понимаю… она не должна умереть, не должна…