Книга Западная суть, Восточное начало, страница 106 – Алина Устинова

Боялся ли Пол смерти? Это было даже смешно. Мысль ни разу за этот день не посетила его. Блэквелл искренне считал себя баловнем судьбы, поэтому совершенно не верил, что может умереть в какой-то там Руанде в самом расцвете своих лет. Ещё и от рук непонятных головорезов, трупы которых, скорее всего, уже по частям собрали на месте происшествия. Какая смерть? Кого она пыталась насмешить?

Другое дело – Станислава Филин. В её удачливости он не был столь убеждён. Даже желал в некоторой степени отдать ей часть своей суперсилы.

— Пол, вот скажи мне, что происходит у тебя в голове, если ты полез под пулю, да ещё и без бронежилета? – сказал Лерой, влетев в комнату и хлопнув дверью.

Снова проблемы советника с агрессией вылезали наружу быстрее, чем детские травмы. Ах да, бронежилет. Какая глупость. Знал бы он сам, что происходило у него в голове.

— Сделал что сделал, – твёрдо сказал Пол.

— Это тебе врач сказал, когда отпускал из больницы?

Пол закатил глаза, а Лерой сам посмеялся над своей несмешной шуткой.

— Ты хочешь сказать, что на ней был бронежилет?

— Не знаю. Это ты у нас её к земле прижимал. Ничего не почувствовал? – злобно спросил советник.

Пол молчал. Почувствовал. Не на земле, а ещё когда они ехали в машине. И когда она схватила его за руку, он тоже что-то почувствовал. И когда они уже подъезжали к больнице, он всё ещё чувствовал. То, что давно должно было в нём умереть.

— Может, ты и думаешь, что это героизм, но это идиотизм. Твоя работа страной управлять, а не под пули бросаться. Для этого вам всем выделяют специально обученных людей. Которые, кстати, готовы и, ну знаешь, жизнь отдать. И твоя помощь здесь не требуется, – выпалил он.

Премьер-министр не слишком прислушивался к словам собственного советника – застрял в своих мыслях. Они были лишним шумом, назойливым жужжанием, но этот осуждающий тон вперемешку с нравоучениями заставил вернуться в реальность.

Пол посмотрел на него. Взгляд у него был тяжёлый и властный. Каким был каждый раз, когда он был с чем-то не согласен или кем-либо раздражён. Лерой сразу ощутил себя маленьким и беззащитным человеком.

— Во-первых, я ничего не думаю. Во-вторых, нотации я выслушивать не буду. Твои хвалёные специальные люди, между прочим, проморгали целое покушение на двух глав государств. А из машины меня вообще доставали русские. Аргументы не принимаются, – на некоторое время Блэквелл замолчал, всматриваясь в испуганное лицо Лероя. – В-третьих, оправдываться я тоже не буду. Я всё сделал правильно. Хочешь – соглашайся, хочешь – нет.

На мгновение в помещении повисла тишина. Оба мужчины вглядывались в лица друг друга, ожидая, кто же первым моргнёт. Лерой не выдержал и опустил голову.

Сам Пол долго не думал, прыгая под пулю перед Станиславой. Это всё были отточенные навыки. Краем глаза заметил движение недалеко от них, отблеск прицела – всё произошло за долю секунды. Он повалил её быстрее, чем смог бы об этом подумать. А слова Лероя глупы и эмоциональны.

— Прости, – сказал он. – Я на самом деле очень рад, что с тобой всё в порядке. Я места себе не находил. Думал, что… А где твоя повязка?

— Я её снял.

— Зачем?

Пол пожал плечами, мол, и так очевидно. Лерой на секунду приподнял брови и поджал губы. Он с осуждением смотрел на премьер-министра, не понимая его упрямства, но восхищаясь силой воли. Продолжать эту тему он не собирался – было бесполезно. В конце концов, если у Пола Блэквелла отвалится рука, то это совсем не помешает ему руководить страной. Зато преподаст главе государства урок.