Книга Западная суть, Восточное начало, страница 103 – Алина Устинова

Она пыталась не думать о состоянии Пола Блэквелла, но не могла. Потерял ли он много крови? Насколько серьёзная у него рана? Не жалеет ли он, что так поступил? Что он думает об этом? Может, у него есть подозреваемые?

Да, теперь придётся проводить совместное расследование. Кого назначать? Олега? Что-то он плохо справляется со своей работой. А кого тогда? Левашин был в той машине или… Кстати, надо ещё переносить переговоры. А куда? Может, в Мафазиму? Шутница. Провал. И что, Оливер Уотерс не может потерпеть? Господи, о чём она вообще думает? Её голова словно атомная боеголовка.

Станислава встала и походила из стороны в сторону с опущенной вниз головой. Она не знала, сколько конкретно прошло времени (её мысли бежали явно быстрее секундной стрелки), но предполагала, что находится в этой палате уже несколько часов. Когда поняла, что окончательно успокоилась, что сердце не пытается вырваться из груди, а руки уже вроде и не трясутся, то решила выйти в коридор. Там почти никого не было, кроме нескольких людей в костюмах с обеих сторон коридора. При всей опасности ситуации они смотрели друг на друга с нескрываемой подозрительностью, пусть у них и была сейчас задача общая – охрана лидеров государств. Двое из них коротко кивнули Станиславе, увидев её, а их иностранные коллеги даже бровью не повели.

Одна из дверей была приоткрыта – оттуда раздавались голоса. Когда она подошла, то наткнулась на выходящего из небольшого помещения врача, который ей улыбнулся. В палате был Пол Блэквелл. Он стоял к ней спиной и одной рукой поправлял воротник своей рубашки. Новой. Явно принесённой ему его охраной или помощниками. Ни пятен крови, ни грязи. Как будто ничего и не было.

Она несколько мялась, прежде чем зайти внутрь. Наблюдала за ним не дольше минуты, пытаясь собраться с духом. Глубоко вдохнула и толкнула дверь, медленно войдя в помещение.

— Вы живы, – сказала она, выдохнув.

— Сомневались? – он повернулся к ней и улыбнулся. – А вы, я вижу, вспомнили английский.

Станислава всматривалась в него и молчала. Как он может шутить, когда… И она вот здесь перед ним. И что ей сделать? Как отдать долг, который невозможно оценить никакими существующими способами? Сколько проблем из-за… Зачем он… А что он, с другой стороны, должен был сделать? Бросить её под пулю? И теперь Пол Блэквелл стоял перед ней, а она даже не знала, что сказать ему, кроме простого «спасибо». Но почему-то не произнесла и этого.

— Рад, что с вами всё хорошо. Вы же не ранены? – спросил он. Филин в ответ отрицательно покачала головой.

Она смотрела на него как-то иначе – он сразу это заметил. Сначала Пол подумал, что это жалость из-за его травмы, но потом понял, что вовсе нет. Это была тревога и вина, даже в какой-то степени раскаяние.

— Вы ничего мне не должны.

Необходимость в этой фразе мрачным безмолвием висела над ними. В глубине души Станислава хотела её услышать, и где-то там же она в это и верила, но всё остальное нутро говорило ей совершенно об обратном.

— Это неправда. Я обязана вам своей жизнью.

— Вовсе нет. Из-за меня вы её чуть не лишились. Я лишь исправлял ошибку.

— Но вы… – она не договорила, уставившись на то, за что могла зацепиться – его перевязанную руку, которая плотно прилегала к телу с помощью фиксирующей повязки.