Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 141 – Ксения Соболева

— Да, — ответил Вадим, чуть наклонив голову. — Я именно этого и хотел с самого начала.

Татьяна услышала привычный маленький поворот, но не стала реагировать.

— Да, — сказала она. — Согласна.

Ведущая начала с Вадима.

Это тоже было ожидаемо.

— Вы несколько недель утверждали, что ваш развод был фактически согласован задолго до официального объявления, а нынешний конфликт возник позже. Сейчас вы продолжаете считать эту версию верной?

Вадим сложил руки.

— Я бы осторожнее использовал слово «версия», — начал он. — У нас с Татьяной почти тридцать лет общей жизни, и мне кажется крайне опасным превращать человеческую память в протокол. Два человека могут искренне по-разному помнить конец брака. Я не собираюсь утверждать, что Татьяна сознательно лжёт. Думаю, сейчас она действительно воспринимает последние годы иначе, чем воспринимала тогда.

Ведущая посмотрела на Татьяну.

Та почувствовала первый импульс перебить.

Не стала.

Вадим продолжил.

— Мы давно жили скорее как близкие родственники, чем супруги. Главным центром дома стала болезнь моей матери, и Татьяна взяла на себя огромную часть ухода, за что я ей благодарен и всегда буду благодарен. Мы много раз говорили, что после окончания этого тяжёлого периода наша жизнь изменится. Для меня смысл этих разговоров был очевиден. Возможно, Татьяна вкладывала в них другое значение.

— То есть конкретной фразы «мы разводимся после смерти вашей матери» не было? — спросила ведущая.

Вадим улыбнулся почти печально.

— В зрелом браке далеко не все решения звучат одной юридической формулой.

Татьяна увидела, как несколько зрителей кивнули.

Красиво.

Ведущая повернулась к ней.

— Татьяна, вы согласны?

— Нет.

Одно слово прозвучало слишком коротко, и Татьяна сразу продолжила, чтобы оно не повисло отдельной театральной репликой.

— Мы говорили, что после смерти Галины Павловны всё изменится. Это правда. Я говорила, что больше не могу жить в том режиме, в котором жила семь лет. Но я не говорила, что согласна на развод, и Вадим никогда не говорил мне, что уже строит отношения с другой женщиной.

Вадим чуть повернул голову.

— Тань, я не хотел…

Ведущая подняла руку.

— Давайте по очереди.

Он кивнул.

— Когда вы впервые услышали именно о разводе? — спросила она.

Татьяна посмотрела на камеру, потом на женщину рядом.

— После записи юбилейной программы. В той же студии. Вадим отвёл меня в небольшую комнату, положил передо мной папку и сообщил, что подал на развод.

В студии стало тише.

— До этого никаких документов или прямого разговора не было?

— Нет.

— Вы знали о Кире Орловой?

— Нет.

Вадим слегка выдохнул.

Ведущая повернулась.

— Вадим?

— Я не оспариваю, что не рассказывал Татьяне о Кире сразу. Это была ошибка.

Татьяна почти удивилась самому слову.

Вадим продолжил прежде, чем кто-то успел зацепиться.

— Но я всё-таки хочу разделить два вопроса. Наличие новых отношений и состояние старого брака — не одно и то же. К моменту наших отношений с Кирой семейная связь между мной и Татьяной была практически прекращена.

Ведущая посмотрела на него.

— Практически для кого?

Первый опасный вопрос.

Вадим чуть улыбнулся.

— Для обоих, как мне тогда казалось.

— Татьяна говорит иначе.

— Именно поэтому я и сказал в начале, что два человека могут по-разному помнить один период.