Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 140 – Ксения Соболева

Татьяна посмотрела на него.

— Ты переживаешь за маму или за то, как будешь выглядеть?

Вадим чуть улыбнулся.

— Вот именно такие фразы я и имею в виду.

— Тогда не задавай вопросов, если не хочешь ответа.

Он помолчал.

— Тань, я сегодня не буду нападать.

— Хорошо.

— Даже если ты начнёшь.

— Ещё лучше.

— Я серьёзно. Мы оба уже достаточно натворили.

Она подняла брови.

— Мы оба?

Вадим чуть сжал губы, но удержался.

— Видишь? Тебе обязательно нужно зацепиться за каждое слово.

— Я работаю с документами.

— Теперь да.

Удар был маленьким.

Татьяна почувствовала, но не отреагировала.

Вадим заметил.

— Я не хотел обидеть.

— Знаю.

— Если ты выйдешь и будешь говорить спокойно, всё может закончиться нормально.

— Для кого?

Он устало усмехнулся.

— Давай хотя бы сегодня не будем по кругу.

— Давай.

— Тогда увидимся в студии.

— Увидимся.

Вадим отошёл.

Татьяна смотрела вслед.

Ольга Сергеевна подошла.

— Неплохо.

— Что?

— Уже начал.

— Что именно?

— Делать вас эмоциональной, пока сам спокойный.

Татьяна выдохнула.

— Я тоже заметила.

— Тогда не забывайте.

Дарья приехала за двадцать минут до эфира. Татьяна увидела её через стеклянную дверь, но не вышла из гримёрной. Они заранее договорились, что до начала не будут встречаться. Дочь должна была сидеть среди зрителей не как часть Татьяниной группы поддержки, а просто как человек, который сам решил прийти. Михаил появился почти одновременно и занял место значительно дальше. Татьяна заметила его на одном из внутренних экранов: тёмный пиджак, руки сложены на коленях, лицо серьёзное. Он не искал её глазами специально, не подходил к Дарье и не пытался создать вокруг Татьяны маленький лагерь.

Это почему-то успокоило.

В студию их пригласили за пять минут до начала.

Татьяна вошла первой.

Свет ударил в глаза.

Зрители располагались полукругом. В центре стояли три кресла — ведушая между бывшими супругами. На большом экране за ними появилось название специального выпуска:

«РАЗВОД БЕЗ ВОЙНЫ? ИСТОРИЯ ВАДИМА И ТАТЬЯНЫ ВОРОНЦОВЫХ».

Вопросительный знак был единственной новой частью знакомого названия.

Татьяна села.

Поправила микрофон.

Нашла глазами Дарью.

Дочь сидела в третьем ряду сбоку, обе руки на животе. Они встретились взглядами. Дарья едва заметно кивнула.

Михаил находился дальше.

Он ничего не сделал.

Просто был.

Вадим вошёл последним.

Приветственно кивнул ведущей.

Пожал Татьяне руку.

Этот жест явно был рассчитан на камеру, но Татьяна всё равно ответила.

Ладонь знакомая.

Тёплая.

Когда-то она держала её в роддоме.

Теперь оператор снимал их рукопожатие.

Загорается красный свет.

Ведущая, женщина лет пятидесяти с короткими светлыми волосами, представилась зрителям и без долгого вступления объяснила, почему эфир вообще появился. Несколько недель назад проект Вадима Воронцова оказался в центре спора после заявления его бывшей супруги о том, что семейная история используется без её добровольного согласия. Канал приостановил часть кампании, изучил документы и решил предоставить обеим сторонам равные условия для публичного объяснения.

— Я сразу хочу установить одно правило, — сказала ведущая, повернувшись сначала к Вадиму, потом к Татьяне. — Мы не будем выяснять, кто был хорошим мужем или хорошей женой тридцать лет. Нас интересуют конкретные утверждения, которые уже прозвучали публично: была ли заранее достигнута договорённость о разводе, давала ли Татьяна согласие на использование своей истории и когда возникли новые отношения Вадима. Вы оба согласны с таким форматом?