Книга Это захват, Пышка, страница 23 – Ольга Дашкова

Он смотрел на меня секунду. Потом коротко кивнул, принял как данное. Убрал телефон в карман.

Я вернулась к своей тарелке, рис успел немного остыть, но все равно был хорошим. Я доела молча, думая о Жанке которая сейчас стоит с телефоном и не знает что думать. О Андрее которому передали, что я жива. О том как выглядит эта ситуация снаружи.

Снаружи это выглядит как криминальная хроника. Изнутри это выглядело как утро с нормальным завтраком, сапогами сорок второго размера и мужчиной который ест напротив и иногда говорит одно слово — вкусно.

Это была ненормальная ситуация.

— Воронин.

— Да.

— Научи меня топить баню нормально.

Он посмотрел на меня.

— Зачем?

— Затем что ты можешь уйти по делам и я останусь без горячей воды. Это неприемлемо.

— Я никуда не ухожу.

— Это ты так думаешь.

Он смотрел на меня еще секунду с тем выражением которое я уже научилась читать, что-то между удивлением и чем-то другим которому он не давал выхода.

— Пойдем, — встал, взял куртку.

Допила чай, снова надела сапоги и пошла следом. Снаружи тайга блестела после дождя и пахла хорошо. Воронин шел к бане впереди, чуть прихрамывая левой, как всегда.

Я смотрела на его спину и думала о том, что Жанка перезвонила уже два раза пока я ела, и что телефон в его кармане наверняка вибрировал, и что он не сказал об этом ни слова.

Деликатность. От Воронина я этого не ожидала. Хотя, если честно, многого от него не ожидала.

Глава 11

Ворон

Приступы начались на третий год службы.

Не сразу, не резко, а постепенно, как постепенно накапливается все что тело принимает и складывает куда-то внутрь, не спрашивая разрешения.

Первый был в казарме, ночью, я проснулся с ощущением что падаю с большой высоты и что внутри что-то сломано. Сердце билось неправильно, дышать было трудно, руки были мокрыми. Я лежал на спинке кровати и считал потолочные панели, пока не отпустило.

Потом узнал, как это называется. Прочитал. Понял механику.

Знание не отменяло приступы. Просто перестал пугаться во время них, научился ждать. Приступ заканчивается всегда, это единственное правило которое всегда работает. Тело выдает что накопило, потом успокаивается, надо просто переждать.

Обычно я один, это принципиально важно, один, без свидетелей. Не из гордости, точнее не только из гордости. Просто когда есть свидетель, тратишь часть ресурса на то чтобы держать лицо, и это мешает переждать.

В эту ночь я не был один.

Началось около двух, не спал, это обычная история, перед приступом есть характерная фаза, что-то напрягается внутри, становится некомфортно в собственной голове. Я лежал и чувствовал приближение и думал: только не сейчас, только не здесь.

Не помогло. Никогда не помогает.

Поднялся тихо, Кристина спала за закрытой дверью, я слышал ровное дыхание. Вышел в основную комнату, сел на пол у стены, спиной к дереву, это помогает, твердая поверхность за спиной, ощущение опоры.

Приступ был средним по силе. Не худший из тех что бывали, далеко не худший. Просто тот который есть: сердце не там где должно, дыхание поверхностное, и картинки из тех мест которые голова хранит отдельно и обычно не достает.

Горы, специфический запах горелого, лицо Сереги которому было двадцать два и которого я не успел спасти. Серегу я помню всегда, это нормально, не должно быть нормально, но стало.