Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 30 – Сергей Орлов

«Зара, — мысленно прошептал я. — Но почему?»

Лагерь шейха Мурада встретил нас как героев, возвращающихся из легендарного похода. Новость о том, что мы не только выжили, но и привели с собой флот Австралийца, а также захватили древний артефакт, распространилась со скоростью пустынного пожара, пожирающего сухие заросли. Воины в ярких одеждах выстроились вдоль всей дороги от пристани до роскошного шатра шейха, приветствуя нас восторженными возгласами и поднятыми к небу саблями, сверкающими в безжалостных лучах аравийского солнца.

Я шёл во главе процессии, плечом к плечу с Австралийцем, который нёс трезубец как священную реликвию, драгоценнее которой нет во всех морях. Его изрубленное шрамами лицо светилось почти детской гордостью, а в глазах танцевали искры недавней победы. За нами следовали мои друзья и освобождённые пленники, их изможденные лица постепенно оживали, когда они видели, какой приём нам оказывают. Пират держался с достоинством, подобающим «избранному слуге Повелителя глубин», хотя в окружении пустынных воинов явно чувствовал себя не в своей стихии, словно акула, выброшенная на песчаный берег.

У входа в огромный шатёр, украшенный золотыми кистями и мерцающими на солнце металлическими пластинами, нас встречал сам Мурад. Шейх выглядел усталым, словно атлас держащий на плечах тяжесть войны, но заметно оживился, увидев нас, морщины на его лице разгладились, глаза вспыхнули надеждой.

— Арсений! Вернулся с победой! — воскликнул он, распахивая объятия широким, царственным жестом. — Да ещё и с таким… колоритным союзником! Поистине, Аллах благоволит нашему делу!

Я кивнул, принимая его крепкие, почти медвежьи объятия, от которых затрещали рёбра.

— Пришлось немного пошевелить мозгами, чтобы вылезти из той задницы, в которую мы попали, — ответил я, поморщившись от боли в ещё не зажившей ране. — И если честно, сейчас бы я предпочёл хороший ужин вместо очередного военного совета. Мозги после морской качки соображают хуже пьяного верблюда, заблудившегося в винном погребе.

— Мудрые слова, достойные древних философов, — усмехнулся Мурад, похлопав меня по плечу с такой силой, что я едва устоял на ногах. — Тощий воин никогда не выиграет битву. Идёмте, я приказал накрыть стол в честь вашего возвращения. Такой пир, что сам халиф позавидовал бы! Заодно и расскажешь, как тебе удалось окрутить этого морского дьявола, который теперь смотрит на тебя как влюблённая девица.

Шатёр, в котором нас принимал Мурад, поражал роскошью даже по меркам восточных владык — дорогие ковры ручной работы густым слоем устилали пол, превращая каждый шаг в блаженство для измученных ног; повсюду лежали шёлковые подушки всех оттенков, от кроваво-красного до нежно-лазурного; золотая и серебряная отделка мерцала в свете десятков масляных ламп, создавая ощущение, будто ты оказался внутри сказочной пещеры Али-Бабы. Как оказалось, эту походную роскошь шейх Мурад «позаимствовал» у Фахима после победы в Чёрном Замке. «Приятная ирония — праздновать очередную победу в его собственном шатре,» — пояснил мне шейх с хитрой усмешкой, от которой его глаза превратились в щёлочки. Дюжина слуг в белоснежных одеждах суетилась вокруг низкого стола, уставленного таким количеством еды, что он едва не прогибался под её тяжестью. От умопомрачительных ароматов жареного мяса, пряностей и свежего хлеба мой желудок взвыл голодным волком, готовым растерзать любого, кто встанет между ним и этим пиршеством.