Книга Взгляд из-подо льда, страница 127 – Наталия Коротаева

После официальной части начался фуршет, на котором все угощались шампанским и закусками, выбранными Юлией с учетом традиций национальной немецкой кухни, ведь девушка уже так успела привыкнуть к ней. Это был вишневый торт, вкуснейший немецкий шоколад и марципаны. Все долго смеялись, и если простые зеваки и зрители быстро разошлись, то тот костяк людей, которые были Юлии близки по «Британке», остались и еще долго вспоминали студенческие годы и делились тем, что у кого произошло после окончания и как сложились их жизни.

Уже ближе к одиннадцати вечера, когда все гости разошлись, Юлия и еще трое ее приятелей по «Британке», Наташа, Таня и Павел, вышли из галереи.

— Ну вот и все, – стоя на площадке, ведущей к ступеням и закрывая дверь студии, с придыханием сказала Юлия, опустив плечи.

Все трое стояли уже внизу, спустившись, и делились переполняющими их эмоциями от всего произошедшего, пока не услышали поникший голос Юлии, и все вместе, переглянувшись с недоумением, уставились на нее.

— Ну что все-то, Юля? Ты посмотри, какая ты молодец, как все здорово прошло, – оптимистично подхватила ее за талию Наташа, как только Юлия спустилась к ребятам по пяти ступеням.

И все пошли через Сокольники по оборудованной дорожке, ведущей к выходу из парка.

— Да ты что такое говоришь вообще! – в один голос начали поддерживать Наташу и остальные ребята, окружив Юлию.

Юлии стало не по себе, она почувствовала, будто, сама того не желая, ведет себя, как избалованная девчонка.

— Ой, ребята, да вы что, – она остановилась, взяла за руки двух окружающих ее девушек, на ее лице появилась широкая улыбка, – перестаньте, я просто не привыкла и не ждала такого внимания к себе, – оправдалась она, хотя как оправдание это совсем не звучало.

Все выдохнули.

— Ну, слава Богу, – произнесла Татьяна, – а то я уже подумала, что Германия совсем избаловала эту и так избалованную девчонку.

И все вчетвером они расхохотались.

— Ну вы что, нет, конечно, я просто, наверное, чуть-чуть даже устала от переизбытка эмоций и такого большого количества разговоров, – ответила и вправду утомленная Юлия. – Вы идите вперед, не ждите меня, я немножко пойду медленнее, отдышусь, приду в себя, – сказала она.

— Юль, но уже поздно! – возмутился молодой человек.

Девушки тоже пришли в негодование.

— Ребят, но дайте я подышу этим прекрасным воздухом и собью тот снобизм, которым, между прочим, после такой феерии легко могла заразиться столь юная художница, – с абсолютно уверенным чувством юмора посмеялась над собой она.

— Юль, ну дай тебя хотя бы до метро проводить? – серьезно, с заботой поинтересовался Павел.

— Нет, Паш, не стоит. Все, идите, из дома я каждому обязательно напишу, – твердо ответила она.

Увидев настойчивость Юли, Таня взяла инициативу на себя:

— Ну, ладно, ребята, она же сказала, заразилась снобизмом, оно и видно, совсем не думает о чувствах других, пойдемте, – и, подойдя к Юлии, нежно чмокнула ее в ухо. – Аккуратно давай.

— Ну ты скажешь тоже, Тань, – поспешила обнять Юлию Наташа, бросив на Таню удрученный взгляд, испугавшись, что Юлию могло это обидеть.

— А может, все-таки… – подошел к ней Паша.

— Па-а-аше-е-енька, не надо! – была убедительна Юля.

— Ну ладно, нам тогда на Сокольники ближе, – живо, улыбаясь, чтобы приятно закончить встречу, произнесла Наташа.