Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 38 – Наньпай Саньшу

Помимо прочего, надписи во всех деталях рассказывали о битвах, в которых этот самый Лушан-ван принимал участие. Если верить написанному, стоило ему достать свою Демоническую печать, как из-под земли начинали вылезать толпы призрачных воинов, которые набрасывались на врагов и пожирали их души.

Выслушав мой пересказ, Паньцзы вздохнул:

— Звучит просто потрясающе. Хорошо, что он рано умер, а то шесть царств^[33], чего доброго, объединило бы под своей властью царство Лу.

Я рассмеялся:

— Совсем не факт. Древние люди были любители похвастать. Раз этот Лушан-ван мог призывать призрачных воинов из преисподней, уверен, какой-нибудь ван из царства Ци призывал на помощь в битвах небесных солдат из заоблачных чертогов. Я помню, в «Книге гор и морей»^[34] был даже какой-то летающий генерал. Ты читал, наверное.

— Как бы то ни было, теперь мы хотя бы знаем, чью «чашу» собираемся «опорожнять». Но тут столько каменных гробов. В каком из них Лушан-ван? – спросил Паньцзы.

Я прочел надписи на остальных саркофагах, но везде говорилось примерно одно и то же. Заодно посчитал гробы – всего их получилось семь, прямо как звезд в созвездии Большой Медведицы. Ни на одном из семи не было никаких подсказок касательно того, кто лежал внутри. Когда я изучал другие надписи, смысл которых оставался для меня загадкой, Здоровяк Куй внезапно издал пронзительный возглас:

— Глядите! Этот каменный гроб уже кто-то открывал!

Я подошел ближе. Действительно, каменная крышка прилегала неплотно, а на самом саркофаге осталось множество следов взлома фомкой.

Третий дядя тоже достал из рюкзака фомку и, потихоньку двигая инструментом, отодвинул крышку в сторону, после чего посветил внутрь фонарем.

Паньцзы изумленно вскрикнул и уставился на нас с недоумением:

— А почему внутри валяется какой-то иностранец?

В саркофаге и правда лежал труп иностранца, притом достаточно свежий – смерть наступила не больше недели назад. Паньцзы хотел было запустить внутрь руку и хорошенько пошарить, но Молчун предостерегающе схватил его за плечо – судя по всему, с такой силой, что Паньцзы аж скривился от боли.

— Не трогай! Хозяин гроба находится прямо под трупом.

Приглядевшись повнимательнее, мы и впрямь заметили под трупом иностранца еще один, но подробно рассмотреть его не было никакой возможности.

Третий дядя немедленно достал копыто черного осла со словами:

— Видимо, это «черное бедствие»^[35], так что лучше вооружиться заранее!

Тут Здоровяк Куй сзади потянул меня за одежду, привлекая внимание, а затем отвел в сторонку.

Обычно такой живой и веселый, сейчас он вел себя крайне странно. Когда я спросил, в чем дело, он указал на стену напротив, где виднелись наши тени, выхваченные лучами лежащих на полу фонарей, и прошептал:

— Погляди, это же твоя тень, да?

— Что, теперь ты и теней боишься? – раздраженно отозвался я.

Здоровяк Куй выглядел бледным, и после моих слов его губы мелко затряслись. Да ладно, подумал я, серьезно?.. До такой степени боится, что ли?

Он тем временем махнул рукой, призывая меня к молчанию, и опять показал на тени:

— Вот эта – моя, эта – Паньцзы, та – третьего господина, а тут – тень Братца. Теперь видишь? Если прибавить твою, должно получиться пять, правда же?

Я кивнул и внезапно тоже заметил кое-что странное. Здоровяк Куй шумно сглотнул, указал пальцем на еще одну, шестую тень в сторонке и плачущим голосом спросил: