Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 27 – Наньпай Саньшу

Мы заказали пива: завтра предстояла работа, поэтому нельзя было слишком много пить. За едой я изо всех сил заигрывал с официанткой:

— Слушай, сестрица, а у вас тут неплохо! Все бетоном залито, снаружи еще и дорога-бетонка. Вы цемент что, на мулах корзина за корзиной через гору таскали?

— Какое там! Мы бы так сто лет его носили. У нас тут давно проложили дорогу, любой грузовик проедет. В позапрошлом году вот оползень сошел, и дорогу засыпало, зато в горах, как порода сошла, нашли огромный треножник. Целая толпа тогда из столицы провинции приехала. Посмотрели на треножник, сказали, что он эпохи Сражающихся царств – мол, национальное сокровище, – и просто с ним уехали, дорогой вообще не поинтересовались. Ужасно, скажите? Деревенские потом решили, что сами дорогу отремонтируют. Ну, и что бы вы думали? Денег-то нет. Дело то идет, то стопорится. Уже целый год ремонтируют.

— А что насчет водного пути? У вас вон даже причал есть.

— Так это дело давнее, мы кучу лет не передвигаемся на лодках. Если кто-то вам советует плыть по реке, значит, точно хочет вас погубить, а потом ограбить. Вам, чужакам, стоит быть осторожнее. Речушка наша просто ужас: за годы столько народу в ней утонуло, а ни одного трупа так и не выловили. Старики шушукаются, мол, это господин горный бог их проглотил.

Я бросил взгляд на третьего дядю, ругаясь про себя последними словами. Ну и проводника ты нам нашел! Это же был чистой воды бандит!

Дядя почувствовал себя неловко. Пытаясь пригасить чувство стыда, он торопливо глотнул пива и спросил:

— Кстати, а много здесь чужаков бывает?

— Вы не глядите, что гостевой дом такой маленький. Если уж чужаки приезжают, то, доложу я вам, все у нас останавливаются. С тех пор как тот треножник в горах выкопали, гостей у нас все больше и больше. Кое-кто даже собирается построить себе загородный дом на вершине.

Третий дядя вскочил как ужаленный, и заорал:

— Твою ж!.. Быть такого не может!

Если кто-то хочет строить загородный дом в таком диком горном краю, значит, он либо богатый китаец-эмигрант, либо расхититель гробниц.

Официантка испуганно отпрянула, и Паньцзы поспешно потянул дядю за рукав:

— Третий господин, вы уже в летах, вам вредно так переживать. – Он повернулся к девушке и успокаивающе произнес: – Все в порядке, третий господин, наверное, просто сильно удивился.

Я услышал, как дядя снова тихонько выругался. Затем он с виноватой улыбкой обратился к официантке:

— А какие у вас тут есть достопримечательности? Куда стоит сходить?

Официантка же, посмеиваясь, вдруг понизила голос и спросила:

— Да вы, судя по всему, к нам не отдыхать приехали. Что, собираетесь гробницы обносить?

Видя, что мы молчим, она присела за стол и продолжила:

— По правде говоря, к нам за другим чужаки и не ездят. Для простых туристов у вас в телеге многовато тяжелой экипировки, правда же?

Покосившись в мою сторону, дядя налил ей пива:

— А что, вы тоже из наших?

— Ой, да куда мне! Просто от деда слышала. За последние годы сюда приезжало немало расхитителей гробниц, и добыли они немало славных вещей. Но мой дедушка говорит, что самые ценные все еще лежат там, на глубине. Это гробница не простого человека, а настоящего небожителя, и по сравнению с тем, что там спрятано, любые сокровища – тьфу.