Книга Тень Голема, страница 69 – Анатолий Леонов

Метр Бессон закончил говорить и выразительно посмотрел на Сагайдачного.

— Что скажете, монсеньор?

Гетман молча размышлял, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

— План хорош, – произнес он наконец, – только и русские не дураки, и разведка у них работает. Они прекрасно понимают, что главный удар будет нанесен на территории между Москвой-рекой и Неглинной.

Выхватив из ножен длинную саблю, он решительно прочертил на карте, лежавшей на столе, воображаемую линию от Тушинского лагеря до Тверских и Арбатских ворот.

— Невозможно скрыть передвижения войск там, где первый встречный – лазутчик врага. Москали разместили большую и наиболее боеспособную часть своего гарнизона именно там, куда пан Ходкевич собрался ударить! Можете не сомневаться, они нас ждут!

— Все так, но монсеньор не учитывает сопутствующие обстоятельства. Ночь, момент неожиданности и ваша ложная атака. В ставке Великого гетмана шансы на победу оцениваются очень высоко. Ждать далее бессмысленно – только быстрые и успешные действия могут обеспечить триумф похода. Затягивание только усложнит задачу.

Француз скрутил карту в трубочку и собрал со стола оставшиеся бумаги.

— Итак, месье, что мне передать гетману Ходкевичу?

Сагайдачный обвел вопросительным взглядом притихших куренных старшин.

— Что скажете, панове полковники?

Переглянувшись, «панове» загалдели, как разворошенный улей.

— Що ж, бусурман, толково говорить!

— Треба брати Москву!

— Три дні на розграбування!

— Решено, – хищно ухмыльнулся гетман, – следующей ночью атакуем посады. Все спалить дотла. Никого не щадить. Всем жителям от мала до велика отрубить руку и ногу и скормить собакам! Пусть москали веками трепещут от одного нашего имени!

Войсковая старшиˊна радостно заголосила, будто уже взяла город на щит. Сагайдачный поднялся с кресла и, хлопнув в ладоши, громко объявил:

— А теперь, панове, гуляем! Горилку и закуску панам полковникам!

В начавшейся следом почти праздничной суматохе не участвовали только французские мастера-подрывники. Они подошли к гетману и, учтиво откланявшись, сообщили, что возвращаются в Тушино. Им жаль, но они не могут остаться, так как уже и без того задержались, а им надо готовить команды саперов для завтрашнего ночного штурма.

— Нет, нет, так не пойдет! – яростно замахал руками Сагайдачный. – Не пристало гостям без подарков уходить! Выдать панам офицерам штоф^[81] жубрувки и штоф старки из королевских подвалов. Пусть помнят нашу щедрость…

Отец Феона слез с березовых козел и, осторожно ступая, направился к выходу, поманив за собой остальных монахов.

— Ну что же, братья, с Божьей помощью и наш черед пришел! Пошли, что ли?

Метры Бессон и Безе, благополучно выветренные из памяти казацкой старшины сразу, как только за ними закрылись двери настоятельских палат, вынуждены были добираться до колымажного^[82] двора, находившегося на другом конце монастыря, без охраны, в сопровождении одного слуги. Парень тащил на себе кучу самых разнообразных вещей: большую корзину со снедью и двумя штофами вонючей польской водки, уродливый кожаный баул с документами и штуку папужиго^[83] фалендыша^[84] под мышкой. При этом он умудрялся подсвечивать господам дорогу чадящим факелом, нещадно плюющимся горячими искрами.