Книга Близнецы. Том 1, страница 173 – Дарья Чернышова

Как только главный умолк, все, включая его, сжали кулаки, оттопырив по два пальца на каждой руке, и провели ими по опущенным векам, ушам и губам, как будто размазав невидимую краску. Потом они в один голос произнесли незнакомое слово, короткое и отрывистое, как собачий лай. Вторя им, всхрапнула у дальней стены частокола гнедая лошадь, единственная соседка упомянутого Ухером хромого мула.

Наблюдавший за этим из-за стоящей напротив избы Крынчик посмотрел на Модвина, пожал плечами и вопросительно кивнул.

Вдох-выдох. Там десять человек. У него восемь лучников. Дать один быстрый залп, и если вдруг все попадут, останется как раз то что надо. Модвин сделал знак и приготовился.

Только скребло, саднило где-то под сердцем мерзкое дурное предчувствие.

Попасть-то они, конечно, попали, и даже вроде бы почти все. Но стеганые контрабандистские куртки, как оказалось, прятали под собой металл.

Замешательство среди атакованных не продлилось и мгновения. Их главный зычно крикнул:

— Натý!

Модвин снова глубоко вдохнул и выдохнул через сотню-полторы робких ударов сжавшегося сердца. Сам он за это время, по ощущениям, нанес и принял ударов ничуть не меньше.

Его передышка случилась на пороге одной из землянок, куда Модвин вбежал следом за главарем странного отряда. В спину летели короткие выкрики и толкался блеклый свет заходящего солнца, а внутри все равно оказалось тихо и глаз выколи. Модвин осторожно, привыкая к обстановке, сделал пару шагов по неровному земляному полу и остановился, прислушавшись к подозрительной возне за перегородкой.

Он ни за что не пошел бы первым в дверной проем, за которым точно ждал подготовленный противник, если бы не услышал доносящийся оттуда сдавленный женский крик.

Модвин почти не заметил, что убил еще одного человека – тот выскочил из угла как-то совсем неуклюже и сам на себя принял ударный груз кистеня. Зато у стены с нешироким открытым окошком, едва освещающим большую комнату, некто в темной рубахе, без примелькавшейся стеганки, тянул за белые волосы избитую женщину и пытался разжать ей челюсти.

Звук падающего тела выдал присутствие Модвина. Человек в темном успел обернуться, достать из-за пояса нож и приставить к горлу пленницы. Он что-то неразборчиво шикнул, пятясь к окну, и Модвин, встретив его отчаянный взгляд, не решился сократить расстояние – только опустил немного щит, поднял и повторил это движение, надеясь, что женщина угадает его намек.

Она все сделала точно наоборот.

Когда за окном мелькнули чьи-то сапоги, женщина резко отбросила назад голову, разбив странному контрабандисту губу, и тот, пошатнувшись, рассек ей ножом лицо от подбородка до скулы. Пленница, зарычав от боли, нырнула вниз, а Модвин в один короткий шаг и длинный выпад оказался достаточно близко, чтобы добить врага.

Тогда женщина, злобно нашептывая себе под нос, сперва отряхнула порванные на коленях штанины, хотя это и не сделало их чище, а потом повернулась к Модвину лицом и разразилась гневной тирадой.

Из всего потока ее слов Модвин вычленил только одно: «Хесида». Это имя. Хаггедское имя. Он его где-то слышал или, быть может, видел, но никак не мог понять, где именно. Поэтому Модвин уточнил:

— Что?

— Что… – эхом повторила женщина, прищурилась и вдруг отпрянула. – Кто ты?