Книга Карлов, страница 141 – Степан Мазур

Академик покачал пальцем.

— Откроете без кода, и чемодан разнесет вас и всё окружение на десятки метров. Но да чёрт бы с вами… к сожалению, пострадает и содержимое.

Он сам набрал код, спокойно распахнул чемодан. И я тупо уставился на пару миниатюрных… дронов!

— Дроны? Зачем? И… почему?

— Японские, — добавил академик хвастливо и подхватил единственный пульт управления с дисплеем посередине. Он был гораздо больше дронов. — С их помощью я разрабатывал программу самоопыления в одном из проектов в стране Восходящего Солнца. Токийский университет искал возможную замену пчёлам. Помимо них растения опыляют только шмели, бабочки, мотыльки и журчалки. А этого недостаточно.

— «Журчалки»?

— Целое семейство двухкрылых насекомых, часто похожих на пчел, ос, но не умеющих жалить.

— Да я бы сейчас хоть на журчалок посмотрел. А то снег кругом… надоел.

— Проект прошёл на ура для оранжерей замкнутого типа и промышленных теплиц, — продолжил академик. — И японцы завалили весь мир помидорами и огурцами, как вы помните. Но пока я учил программы отличать пестики от тычинок, Ноя запоминала с их помощью как с бо́льшей пользой смотреть на мир.

— Смотреть на мир?

Он взял пульт, активировал дроны. Они взлетели над столом. И расположились друг напротив друга на одной высоте. Можно было провести воображаемую линию от одного глазка камеры до другого. Она была параллельна полу.

— Да, я научил её смотреть на мир, распознавая каждый предмет в 3D, — объяснил он. — Она определяла каждое растение, каждый листочек, каждый усик. Именно так, как они есть. Каждая камера мини-дрона даёт обзор в сто восемьдесят градусов. Рассматривая предметы с двух сторон, она автоматически оцифровывала их как объёмные.

— Зачем?

— Ноя достигла определенных успехов в процессе обучения распознаванию и теперь может видеть каждый предмет в 3D, если угол обзора камеры больше ста восьмидесяти градусов. А это, как известно, предлагает любая умная камера, начиная от устройств видео-фиксации.

В голове туман. А он тут умничает.

— Я все же не понимаю… Как дроны связаны с «Анакондой»?

Академик вздохнул, объясняя, как ребёнку:

— Они видели всё, что изучала Ноосфера на первых порах. Я могу написать программу, которая заставит их вспомнить каждый её шаг, каждый обозначенный тэг. Это поможет антивируснику разработать универсальные алгоритмы для борьбы с ней. Дело не в самих дронах, Карлов. А в том, что в них.

— А где же сама «Анаконда»?

Академик улыбнулся, и постучал себе пальцем по виску:

— Все здесь, Карлов. Все здесь, — после чего отключил дроны, закрыл чемодан и ушёл спать на кровать.

Я убрался на кухне, размышляя над словами Невельского. Держать в голове тысячи строк кода надо уметь. Фотографическая память? Или припрятал твердотельный диск подмышкой на пятьсот терабайт?

Дом промёрз за ночь, пришлось заняться дровами. Из современного строительства в доме были лишь пластиковые стеклопакеты. И даже старые паласы не спасали от сквозняков. Ведь под ними лежали старые доски, из щелей которых просачивалась зима.

Зимовать в подобном доме не следовало без существенного ремонта. Оставалось только топить печку по три раза в сутки, чтобы не мёрзнуть.

Пока возился, обратил внимание на валенки академика. Они высохли после похода и отвалились от лыж, изношенные донельзя в длительном лыжном забеге.