Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 88 – Кейли Смит

Когда Грейв протянул руку, чтобы вогнать застывшее лезвие в ее сердце, Женевьева выпустила все, что у нее было.

Нож пронзил ее, но боли не было. Ее тело оставалось абсолютно плотным, но все остальное в комнате, включая Грейва, на мгновение исчезло. И когда Грейв отпустил контроль над комнатой, она сделала то же самое.

Женевьева поняла, что нож снова появился где-то у нее за спиной, когда по комнате разнесся металлический лязг.

Лицо Грейва выражало полное потрясение.

— Какого черта?

Женевьева облегченно выдохнула, увидев на пороге библиотеки Роуина. Умбра сидела у его ног, держа фамильяра Грейва в зубах, за шкирку. Маленькая норка жалобно пискнула, и Умбра разжала пасть, выпуская зверька. Тот пулей метнулся к Грейву, вскарабкался по его телу и устроился на плече.

— Он пытался меня убить, – пожаловалась Женевьева, бросившись к Роуину.

— Я спросил, какого черта сделала ты? – уточнил он, призывно приподнимая руку.

Она бросила на Роуина возмущенный взгляд, но от приглашения отказываться не стала – прильнула к нему и сердито посмотрела на Грейва, который по-прежнему стоял с изумленным видом.

— Защитила себя, – ответила она таким тоном, словно это очевидно.

— Ты спроецировала магию, – раздраженно выплюнул Грейв. – Мне больше двух с половиной веков, и я никогда не слышал, чтобы спектр был на такое способен.

Она вздернула нос.

— Уверена, ты многого не слышал за эти два с половиной века. Например, что с тобой весело. Или звук оргазма твоей любовницы…

Женевьева почувствовала, как грудь Роуина беззвучно затряслась от смеха. Пока Грейв не шагнул вперед с угрожающим видом.

Роуин мгновенно толкнул Женевьеву себе за спину и оскалился на брата.

— Не приближайся.

— Иначе что? – рявкнул Грейв. – И все из-за девчонки, которую ты даже…

— Она моя, – прорычал Роуин, и вокруг заклубились тени. – Что бы ты ни думал, какие бы у тебя ни были возражения – если ты попытаешься дотронуться до нее еще хоть раз, я сделаю твою бесконечную жизнь еще более ничтожной, чем теперь.

Грейв прищурился, услышав в словах Роуина ярость.

— Какого черта, Роуингтон? Вы женаты всего несколько дней. Я буду твоей кровью вечность.

— Какая досада, – бросил Роуин.

Женевьева наблюдала за их перепалкой с максимально невозмутимым видом, но на самом деле, когда Роуин так уверенно произнес «она моя», у нее внутри все перевернулось.

«Это не по-настоящему», – напомнила она себе. Как бы реально оно ни звучало.

— Последние пятнадцать лет ты твердил, что не можешь вернуться в ад, потому что твои исследования занимают все время. Ты не можешь явиться и подарить нашей матери хоть каплю любви, но готов рискнуть всем ради нее? – покачал головой Грейв.

Женевьева прищурилась, но промолчала.

— Наши родители сами сделали выбор, – спокойно произнес Роуин. – А она здесь поневоле.

Грейв одарил брата леденящей улыбкой и обратился к Женевьеве:

— Тебе действительно стоило позволить мне сделать это быстро и легко.

В воздухе появился большой черный портал. Грейв шагнул в него и исчез.

— Что ж, было весело, – сказала Женевьева, стараясь сохранить беспечность.

Роуин повернулся к ней.

— Ты в порядке?

Женевьева пожала плечами.

— Куда ты уходил? Раньше?

— Умбра учуяла Лилит. Грейв отпускает ее бродить по дому, только когда что-нибудь замышляет. Иначе я бы не узнал, что ты в беде. Хотя ты вечно в беде, да?