Книга После измены. Излечи мою боль, страница 68 – Галина Колоскова

Когда мы расходимся, он предлагает:

— Завтра можем поехать смотреть квартиры. Я нашёл пару вариантов недалеко от больницы. Чтобы ты могла забрать шесть тарелок в своё пространство.

— Спасибо, — отвечаю со смехом. — Давай.

Он кивает и уходит рассказать о решении «сложному» пациенту. Я остаюсь в классе одна. Тишина больше не давит. В ней есть место для будущего. Неяркого, небыстрого, но своего.

Глава 28

Сегодня я веду свой первый мастер-класс. Не лекцию, а именно мастер-класс для молодых ординаторов и уже практикующих врачей, желающих углубиться в ревматологию. Горло сушит. Руки слегка дрожат, когда наливаю воду из графина. Но это не страх, а волнение перед долгожданным, важным делом. Зал конференции Центральной больницы полон. В первых рядах заведующие отделениями, наши светила и Павел. Он сидит, откинувшись на спинку стула, поддерживает меня уверенным спокойным взглядом, кивает почти незаметно: «Ты справишься».

Делаю вдох и начинаю. Голос звучит ровно, чётко. Рассказываю не по бумажке, а глядя в глаза. О сложных случаях системной красной волчанки, когда маска болезни скрывается за банальной усталостью. О том, как отличить начало ревматоидного артрита от психосоматической боли. Я делюсь не только теорией, но и ошибками. Своими собственными. О той пациентке, которую чуть не пропустила, списав всё на климакс, а у неё был дебют склеродермии.

— Главное оружие ревматолога — не томограф и даже не анализы, — подвожу итог рассказу, и в зале воцаряется тишина. — Главное оружие — внимание. К каждой жалобе. К каждой «мелочи», которую пациент может счесть неважной. Сустав не болит сам по себе. Он кричит о проблеме целого организма. Наша задача — услышать этот крик первыми.

Потом разбираем другой реальный случай. Молодой мужчина, спортсмен, с жалобами на «летучие» боли в коленях и локтях. Все думали на последствия травм. А причина оказалась в хроническом очаге инфекции — банальном тонзиллите, который дал осложнение на суставы. Я показываю снимки, анализы, динамику. Вижу, как молодые врачи жадно конспектируют. И в этот момент ловлю себя на мысли: я счастлива! Вот так, здесь, у доски. Я счастлива своей работой. Этого чувства не было так долго.

После финальных аплодисментов ко мне подходят, задают вопросы, благодарят. Я отвечаю, улыбаюсь, но краем глаза ищу его. Павел ждёт в стороне, дав мне насладиться моментом. Он приближается только когда отходит последний собеседник. В руках у него не букет. Он знает, что я ценю другое.

— Блестяще, Лена, — в добрых глазах искрится настоящая профессиональная гордость.

— Спасибо, Паша. Твоё присутствие придало уверенности.

Он протягивает небольшой, аккуратно упакованный предмет. Разворачиваю бумагу. Книга. Старая, в потёртом кожаном переплёте. «Очерки о суставном ревматизме и сопряжённых с ним страданиях. Доктор М.И. Студенский. 1887 год».

Я замираю. Редчайшее издание, библиографическая ценность. Я однажды вскользь упомянула в разговоре, что мечтаю подержать её в руках, но все экземпляры — в музеях и у частных коллекционеров.

— Как ты?.. — не могу вымолвить слова, проводя пальцами по шероховатой странице с пожелтевшими листами.

— Долго искал, — он пожимает плечами, словно речь идёт не о месяцах поисков, а о пустяке. — Повезло. Коллега из Питера согласился обменяться на первое издание по остеосинтезу. Подумал, оно тебе нужнее. Для вдохновения.