Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 111 – Нелли

— Ты сама классифицировала меня как вид.

— И занесу в Красную книгу. “Редкий руководитель, выжил после кроссфита и поцелуя в лифте”.

— Звучит достойно.

— Не обольщайся.

Лифт остановился на их этаже.

Раздался приятный звук.

Двери раскрылись.

Перед лифтом стояли трое сотрудников.

Валентина Степановна с папкой в руках.

Системный администратор Илья с кружкой, на которой было написано “Не трогай, я в деплое”.

И Аркадий Семёнович, тот самый человек, которого Вениамин предлагал в качестве альтернативного кошмара.

Все трое посмотрели на них.

Лика и Вениамин стояли слишком близко.

Слишком.

Рука Лики всё ещё лежала на его рукаве.

Рука Вениамина — на её талии.

Пауза растянулась так, что её можно было включить в отчёт как отдельное мероприятие.

Валентина Степановна медленно подняла брови.

Гриша сделал глоток из пустой кружки.

Аркадий Семёнович просиял.

— О! А мы вас потеряли. Лифт застревал? Я как-то на даче в погребе застрял, так вот там история была—

— Совещание, — резко сказала Лика.

Она отступила от Вениамина с такой скоростью, будто между ними внезапно появился регламент.

Вениамин убрал руку, выпрямился и тут же едва заметно поморщился.

Лика заметила.

Но ничего не сказала.

Пока.

— Все в переговорную, — распорядилась она, поднимая сумку. — Через две минуты начинаем.

Валентина Степановна посмотрела на часы.

— Но совещание должно было начаться три минуты назад.

Лика застыла.

Вениамин закрыл глаза.

Гриша сделал шаг назад, предчувствуя административный шторм.

Лика медленно повернулась к Вениамину.

Он поднял руки.

— Я знаю, что ты думаешь.

— Не знаешь.

— Знаю.

— Тогда скажи.

— Штраф?

— Штраф.

— Но мы застряли в лифте!

— Форс-мажор не отменяет финансовую дисциплину.

— Лика!

— Три минуты. Полторы тысячи.

— Это уже грабёж.

— Это корпоративная культура.

Валентина Степановна кашлянула, скрывая улыбку.

Илья прошептал:

— А если лифт опоздал, может, ему тоже выставить счёт?

Лика повернулась к нему.

— Отличная идея. Напишите заявку управляющей компании.

Илья побледнел.

— Я… пошутил.

— А я нет.

Аркадий Семёнович радостно кивнул.

— Правильно, Лика. Дисциплина — основа бухгалтерии. Вот у меня на даче—

— Аркадий Семёнович, — мягко перебил Вениамин. — Если вы расскажете историю про погреб, я добровольно сделаю десять отжиманий.

Лика мгновенно повернулась к нему.

— Не сделаешь. Ты сегодня не способен.

— Спасибо за веру.

— Это не вера, это диагностика.

Валентина Степановна не выдержала и улыбнулась.

— Может, всё-таки начнём совещание?

— Начнём, — сказала Лика. — Вениамин, копилка в переговорной.

— Я босс.

— В этом кабинете босс — секундная стрелка.

Он посмотрел на неё.

И вдруг оба вспомнили лифт.

Ту самую секунду, когда стрелка, кажется, перестала иметь значение.

Лика отвела взгляд первой.

— В переговорную, — повторила она уже тише.

Сотрудники послушно двинулись по коридору.

Вениамин задержался рядом с ней.

— Лика.

— Что?

— Ты правда собираешься взять с меня штраф за лифт?

Она поправила пиджак, идеально вернув себе облик женщины, способной упорядочить даже солнечные лучи на полу.

— Разумеется.

— После всего, что произошло?

Она взглянула на него с холодноватым профессионализмом, который был бы убедительнее, если бы щёки всё ещё не хранили лёгкий румянец.

— Особенно после всего, что произошло. Нельзя позволять хаосу думать, что он победил.