Книга Зима, любовь, экстрим и хаски, страница 45 – Женя Онегина

Здесь царил сумрак и странный безмятежный покой. Снегопад закончился под утро. Но здесь зимнее солнце так и не вошло в свои права. И хотя сквозь ветви местами проглядывает голубое небо, в лесу довольно сумрачно.

А мы несемся вперед.

И от этой дикой свободы захватывает дух.

А потом лес заканчивается.

Со всего размаху мы влетаем в поросший низким кустарником овраг, пересекаем по тонкому льду ручей и выбираемся на высокий берег. Темные сосны отступают и яркое солнце ударяет в глаза, ослепляя. Подъем на гору проходит по самому краю заброшенной разработки. Я изо всех сил стискиваю руками скобы и боюсь сделать лишний вдох. На каждом повороте нас слегка качает, и я совершенно не уверен, что Зоя может справиться с такой махиной.

Я бы не смог. Петляя, мы поднимаемся все выше и выше. Я все отчетливее представляю, что стоит нам перевернуться, и падать вниз мы будем уже по прямой. Впрочем, Воронцовой хватает опыта и сил, чтобы играючи вывезти нас на плато.

Она глушит мотор, снимает шлем и спешивается.

Я следую ее примеру.

И когда оборачиваюсь, чтобы не пропустить появление остальных, замираю, не в силах подобрать слова.

Прямо перед нами белоснежной блестящей пустыней раскинулся песчаный карьер.

— Повезло нам с погодой, Царевич! – говорит Зоя. – Хотя к ночи снова обещают снег.

— Как-то не верится, – замечаю я, рассматривая ярко-голубое, без единого облачка небо.

— Еще не вечер, – усмехается Зоя и добавляет: – А вот и они!

Подпрыгнув на небольшом трамплине, на плато появляются Святослав и Катя.

— Ну вы задали жару! – восхищается Свят, глуша мотор.

Забрало у него, как и у Зои, поднято, и я вижу, как в глазах разгорается огонь предвкушения.

Отец сказал, что Святослав азартен. Возможно, посадить к нему Катю было отличным решением. Для обоих.

Катька светится как начищенный медный таз.

— Ну вы, девушка, круты! – восхищается Свят.

А меня почему-то коробит от его “девушка”. Зоя скромно улыбается. Святослав продолжает:

— Такая хрупкая на вид, а так управляется с техникой! Браво!

Отец говорит, что удивить доброго друга Свята непросто. Но кажется Воронцовой это удалось. А Катя и вовсе хмурится. Обиделась? Ревнует?

Если только к снегоходу.

— Как долго у нас привал? – спрашивает она.

— Минут десять, не больше, – отвечает Зоя. – А где остальные?

— Снимают проезд по лесу. Гарику очень надо.

— Дань, а можно я пока здесь покручусь? – спрашивает Катя и невинно так хлопает ресницами.

Воронцова готова ей отказать. По глазам вижу! Ну что за глупый бабий бунт! Понимаю, что в идеале стоит дождаться Ивана, но с другой стороны… А почему нельзя?

— Если мальчики не против, что мы их оставим, предлагаю прокатиться вдвоем. Я тут знаю пару забавных мест, – предлагает Зоя внезапно.

— Мальчики против! – заявляю я. Святослав смеется. – Зоя, у Вани будет инфаркт!

— Царевич, не гунди! – отмахивается от меня Воронцова. – Мы на плато, вниз не поедем. Пару горок покажу ей и все. Или только мальчикам можно, а девочки должны фоткаться на фоне этой красной штуки на полозьях?

— Кстати, а давайте фотографироваться! – вспоминает Свят. – А потом пусть девочки едут, Даниил. Нам же не жалко!

— Не жалко, – соглашаюсь я. – Упадете – будете сами из сугроба вылезать.

— Ой, Царевич! Какой же ты бываешь нудный! – произносит Катя и слегка морщит носик.