Книга Ловелас. Том 7, страница 83 – Илья Взоров

— Мистер Миллер?

Гаррет.

— Слушаю.

— Немедленно жду вас в посольстве.

— Сейчас девять вечера.

— Я знаю, который час, — сказал Гаррет и положил трубку.

Морпех на входе был другой, ночной, и с ним пришлось объясняться. Потом спустился Гаррет, кивнул ему, забрал меня и повёл не наверх, а вниз, по лестнице, в подвальный этаж.

Ту комнату мне уже показывал Болен, в первый мой визит. Помещение внутри помещения: защищенная комната, обшитая изнутри свинцом, без окон, с одной дверью и одной лампой под потолком. Внутри стол, четыре стула и больше ничего.

Гаррет закрыл дверь и подождал, пока щёлкнет замок.

— Есть ответ из Вашингтона, — сказал он.

Я посмотрел на часы. Половина десятого вечера в Москве — значит, в Штатах полвторого дня. Разгар рабочего дня.

— Ну?

Гаррет положил на стол листок бумаги, сложенный пополам.

— Вена, — сказал он. — Они согласны.

Я выдохнул.

— На уровне госсекретаря, — продолжил он. — Для начала. Мистер Даллес готов лично встретиться, если предварительные позиции будут хотя бы минимально согласованы. Далее не исключено участие президента.

— Так это же отличные новости!

— Не совсем.

Он развернул листок. Там было 4 фамилии.

— Вашингтон хочет понять две вещи. Первое — каковы реальные возможности вашего собеседника. Может он что-то сделать или только говорить. И второе — есть ли у него добрая воля.

— И как они предлагают это проверить?

— Есть список.

Гаррет подвинул листок ко мне

— Сэр Вивиан Холт. Британский посланник в Сеуле. С ним работали двое сотрудников миссии — Оуэн и Вичер, шифровальщики. Все трое захвачены северянами летом пятидесятого, вывезены на север, а оттуда, по нашим данным, переправлены сюда. Сейчас они на Лубянке.

— Британцы.

— Британцы, — подтвердил Гаррет. — И их правительство спрашивает про них у нас каждый месяц, а нам нечего ответить. Условие такое: в течение недели их выпускают. Не объявляют, не публикуют — просто вывозят и передают. Дальше мы разберёмся сами.

Я пожал плечами.

— Не вижу проблем. Считайте, что это часть обмена пленными по Корее, который и так почти согласован. Думаю, он пойдёт на это без разговоров — три человека, никакого шума, и сразу видно, что он может решать.

— Это ещё не всё, — сказал Гаррет.

ЦРУшник ткнул пальцем в последнюю фамилию.

— Мистер Даллес хочет вернуть Валленберга.

Я моргнул.

— Кого?

— Рауль Валленберг. Шведский дипломат. Работал в Будапеште в сорок четвёртом, выдавал охранные паспорта, вытащил из-под немцев несколько тысяч евреев. В январе сорок пятого, когда в Будапешт вошли советские войска, его задержал СМЕРШ и вывез в Союз. Шведы восемь лет спрашивают, что с ним. Москва отвечает, что такого человека не было.

— А он был.

— По нашим данным он не только был, но и жив. Сидит во Владимирской тюрьме.

Да… А вот с этим будет проблема!

Валленберг. То имя, которое всплыло у меня в голове в первую же ночь, когда меня везли в машине по пустой Москве, — тогда как символ, как страшилка, как всё, что может случиться с иностранцем в этой стране. А теперь оно стояло в листочке в виде пункта переговоров.

— Объясните мне одну вещь. Зачем СМЕРШу было похищать шведского дипломата? Швеция нейтральная страна.

Гаррет сцепил пальцы.

— По двум причинам. Первая: Абакумов считал, что Валленберг знает про сепаратные переговоры.