Книга Ловелас. Том 7, страница 77 – Илья Взоров

Ольга переспросила. Я повторил и показал картинку.

На картинке действительно было окно. В земле.

Она молча смотрела на него, пока лифт не распахнул двери.

Дочитывали комикс мы уже в номере:

— Генерала на базе нет, куда-то отлучился. Реактор охраняет рота сибирских полковников.

— Кого?

— Полковников. Целая рота.

— Рота полковников?

— Сибирских, — уточнил я. — Сосредоточься! Это важно.

— Но кем тогда они командуют?

— Судя по картинке, друг другом.

Я помог Оле с плащом, усадил за стол, рядом с собой. Перелистнул комикс.

— Короче, капитан их всех побеждает — на развороте полковники разлетаются веером, у одного с головы слетает папаха, — а дальше начинается лучшее. Он не взрывает реактор!

— А что?

— Переделывает. В водочный.

— Ты шутишь! Не может быть такого… Дай мне номер.

Шевеля губами прочитала реплику капитана Америка.

— Из секретной советской базы — продолжал потешаться я — Начинает бить фонтан водки. Прямо в сибирское небо. Кстати, посмотри! Нарисовано, между прочим, старательно: брызги, блики, всё как надо… Скажу выписать премию художнику.

— Он, наверное, с ума сошел, когда знакомился со сценарием

— Обычно там автор он же художник. Экономия!

— Смотри! Водку пьют не только коммунисты, но и медведи!

— Капитан же в Сибири. Понимать надо….

Ольга опять не поверила глазам. Перечитала.

— После чего — подошел я к финалу — вся Сибирь затевает массовую драку. Все со всеми: солдаты с полковниками, полковники с медведями, медведи между собой. А Капитан Америка под шумок улетает домой.

— Он умеет летать⁈

— Оля! Это последнее, что меня в этой истории смущает.

Ольга пролистнула обратно к водочному фонтану.

А потом начала смеяться.

Сначала тихо. Потом всерьёз. Потом уже согнувшись, держась одной рукой за спинку стула. Ожила… Вот что делает простой американский комикс с советскими девушками. Я невзначай положил руку ей на колено, провел руку вверх по чулку.

— Кит, ты сейчас серьезно⁈

— Более чем — покивал я, расстегивая на девушке замок пояска на платье.

Сначала Оля слегка посопротивлялась. Так сказать, проявила комсомольскую принципиальность. Раз, другой оттолкнула мои руки, потом произнесла сакраментальное «давай не сейчас». Но я усилил напор, поцеловал шею, потом ушко. Поплыла! Снимаю платье, стаскиваю бюстгальтер вниз. И вот я добрался до ее бюста. Белая кожа почти обжигает мне пальцы своей нежностью — ее грудь так мягка и чувствительна. Я касаюсь ореола соска, он шершав и приятен на ощупь.

— Кит… давай не сегодня

— Почему?

Нет ответа.

Целую сам сосок. Потом другой. Оля выдает первый «ах». Новая попытка оттолкнуть меня. Совсем слабая. Которая только подает сигнал «усилить напор». Я оставляю соски в покое и иду вниз, к заветному месту между ног. Походу раздевая девушку. И это непростая задача. Крючки, пуговицы…

Черные завитки в паху вблизи ещё волнительнее, чем ранее. Я чуть касаюсь их, перебираю, наслаждаюсь их упругой мягкостью. Они так интимны в этом месте! Медленно веду пальцами по треугольнику вниз, к складочкам. И это работает… Оля совсем сдается, позволяет перенести ее и разложить на кровати.

Чуть касаюсь правой складочки — она удивительно нежная и совсем мягкая. Бросаю быстрый взгляд. Оля плывет на волнах наслаждения. Глаза закрыты, губа прикушена…