Книга Тьма. Том 9, страница 60 – Лео Сухов

Предположим, отправят Борькова на каторгу — и что? Какое каторжное начальство не захочет в итоге воспользоваться его услугами? Либо будут его талант на сторону продавать, либо с его помощью заключённых обрабатывать. Тем более, это вполне законно. Во время заключения на каторжан не распространяется право на невмешательство в голову.

И что помешает Борькову выбить себе приличные условия содержания? Да ничего! И в мире Андрея такое случалось сплошь и рядом. Даже во времена, когда, казалось, отправка в трудовой лагерь по идеологическим соображениям должна была становиться суровым наказанием — даже тогда некоторые заключённые умудрялись устроиться лучше других. И всё за счёт своих редких навыков или полезных знакомств. А значит, Борькову тоже было на что рассчитывать.

— Давай-ка я объясню, что мне нужно! — проговорил я и снова, как бы случайно, пощёлкал плоскогубцами. — У меня украли очень важные записи, которые я привёз в целях исследования на вашу «точку 101». Они пропали, и единственный человек, который мог бы сказать, где их искать — мёртв. Очень уж он не хотел сударя Бубенцова пускать вглубь вашего гадюшника…

Бубен слегка понурился, но не приуныл. А вот Борьков сразу же заявил:

— Я к этому не имею никакого отношения!

— Нет, конечно… Записи украли другие очень неумные люди, которые за это обязательно ответят, — согласился я. — Но вот что я думаю, Борьков… Я думаю, ты собирался линять отсюда при первой же возможности. И даже готовился к этому. Наверняка искал помощников, которые помогут с побегом. Изображал из себя покорного и сломленного. А сам уже вовсю прикидывал, как бы так половчее сдёрнуть… Э?

Я не удержался и передразнил Замочника, здесь отсутствующего.

— С моей особенностью исчезнуть непросто!.. — буркнул Борьков.

Что характерно, против остальных догадок он не возражал. А значит, я всё же верно нащупал его планы. Не зря-таки прицепился к этим его молитвам…

— И ты ведь придумал, как добиться цели, — продолжил я. — Не знаю точно, что именно ты собирался сделать… Но если хорошенько подумать, то способов было два. В одном случае ты мог выйти на разведку других государств — саксов, франков, ромеев… Эти тебя прикрыть могли, однако пришлось бы впоследствии ещё на них потрудиться. И вообще, это слишком сложный способ для человека, который сидит под землёй и носа наружу высунуть не может. А ещё совершенно не разбирается в современной радиотехнике. Зато отлично умеет ковыряться в чужих мозгах. Кстати, это наверно, жуть как интересно — в чужих мозгах ковыряться…

Я посмотрел на Борькова, пощёлкав плоскогубцами, и тот поёжился под моим взглядом.

— Ну и да, человек, который вынес нужные мне записи из «точки 101»… Его звали Веснушкин Михаил, — я заметил, как слегка вздрогнул на этом имени Борьков. — Он был обычным безопасником, который частенько оказывал другим сотрудникам… Скажем так, услуги внешней связи. И этим занимался исключительно он, я уже вопрос прояснил. А ещё я проверял твои рабочие дневники. В них записи о посещениях Веснушкина имеются. Но ты никому из своих подельников не сказал, что есть такой полезный человек в окружении Тенебровова. Не его ли ты собирался использовать, как пропуск на свободу, а?

— Думаешь, Тенебровов не знал про него? — хмыкнул Борьков. — Он его нарочно подговорил так делать. Ещё до моей поимки. Чтобы учёные меньше думали, будто в заключении находятся.