Онлайн книга «Тьма. Том 9»
|
— А если мы дружно объясним ему, что это просто место проклятое? — уточнил я. — Тогда он не простит нас дважды… — хмыкнула Саша. — А Бубенцов всё-таки разнёс точку? — Пока нет… Но, скажу честно, твоё высочество, если захочет, то я его поддержу, — признался я. — Рассказывайте уже! — попросил Арсений с соседней койки. — Хочется уже понять, что мы пропустили… Глава 7 [Помехи] [Помехи] [Помехи] [Помехи] Человек — это не только организм. Это ещё куча всякого разного, что накручено в различных планах бытия. И одной из самых слабых систем человека является психоэмоциональная. Её состояние и без того регулярно колеблется между «ура, я пришёл в себя» и «снова здорово». Так ещё и пограничные состояния бывают, которые, в свою очередь, провоцируют срывы. Это если по-умному говорить. А если по-простому, человек может очень легко сбрендить. Совсем и окончательно. И такой сбрендивший человек либо будет пытаться восстановить свою личность из осколков, на которые она разлетелась при переходе от «здорового» к «больному». Либо, что вероятнее, потому как второй путь значительно легче — примется создавать новую личность. Примерно так я понял объяснения умных людей, разбиравшихся в ситуации с «точкой 101». К чему это они решили пообсуждать такие сложные материи? А к тому, что глубокое вмешательство менталиста приводит к состоянию, которое напоминает состояние обычного умалишённого. А местный менталист в сознание сотрудников «точки 101» вламывался неоднократно. Это он сам всем нам поведал, стоило предоставить ему выбор между правой рукой, левой рукой и ртом. Лично мне было совершенно всё равно, что драть — зубы или ногти. Зубы сложнее драть, но выйдет дольше и болезненнее. Ногти быстрее, зато пальцев у человека много. Александр Александрович Борьков оказался сговорчивым. И вышел за рамки выбора, сразу обещав рассказать всё-всё-всё — хоть от сотворения мира, хоть от спорного Большого Взрыва. И даже худо-бедно, в меру понимания, описать теорию квантов. Лишь бы я прекратил задумчиво щёлкать плоскогубцами. Всё началось ещё несколько лет назад, когда захиревший род Борьковых начали безжалостно давить их доброжелательные, казалось бы, соседи. Причём давили как законными методами — через суды, связи и экономические инструменты — так и не слишком законными. Например, путём физического устранения. Правда, делали всё так, чтобы придраться нельзя было. Члены рода Борьковых, некогда наводившие ужас на врагов и друзей, гибли один за другим. И все до единого — при загадочных обстоятельствах. А Царское Представительство жалобы главы рода рассматривало не слишком внимательно. Возможно, сказывалась дружба некоторых сотрудников с родами, отгрызавшими куски имущества от Борьковых. А возможно, причина крылась в том, что живых Борьковых в принципе оставалось не так уж много, и на такие мелочи Царскому Представительству было начхать. Да и ссора Рюриковичей с дворянами не способствовала вмешательству властей в разборки. В общем, кто прав, а кто виноват, разбираться предстояло уж точно не мне. Главное, что настал момент, когда в роду Борьковых остался Александр Александрович, который даже не знал о проблемах рода, потому как с детства воспитывался отдельно. Ну и его троюродная бабка, которая об Александре Александровиче как раз знала и помнила. |