Книга Тьма. Том 8, страница 143 – Лео Сухов

Там, где находился служебный проход, в который ушли свободолюбцы, ревело пламя. И жар от него докатывался даже до нас.

— Сдохни! — цесаревна всё-таки вырвалась и, выпустив какое-то мудрёное плетение, швырнула его в огонь.

Что-то белое, будто сотканное из снега, пронеслось по коридору, расширяясь на лету, отчего стены начали покрываться искристым инеем… А потом оно столкнулось со всепожирающим огнём. И в тот же миг подземный комплекс снова содрогнулся. На этот раз ударили чем-то неоформленным, но оттого не менее убойным.

Снесло нас всех. Ратников Витала, Синякина и его бойцов, Пискарёва с его ребятами, пленников, щит Авелины, мои щиты, Арсения… Казалось, весь мир летит в едином направлении, неудержимо и единодушно — будто на нас ураганный ветер дунул.

Разве что бетонные стены и пол никуда не полетели. Из-за чего приземление выдалось болезненным.

И только я сумел перекатиться несколько раз и встать на ноги. Благодаря замедлению времени, окончание полёта и падение растянулись почти на минуту. Я даже сумел подстраховать жену и Сашу от жёсткого приземления. А потом кинулся создавать один за другим щиты, перегораживая размочаленный коридор.

Я сливал теньку и тут же её восполнял, хватая жгутиками прямо из воздуха, где её было невероятно много. Вот только мой противник, которому я был совсем не противник, а так, фигня какая-то, делал всё то же самое. И во много-много раз быстрее. Увы, соперничать с настолько сильным двусердым мне было ещё рановато.

Краем глаза я увидел, как зашевелилась Авелина, приходя в себя, но отвлечься не мог ни на секунду. Грек ударил снова, видимо, рассчитывая побыстрее нас всех добить. К счастью, огненный удар был не таким ужасающе сильным, как в первый раз, и мои щиты выдержали.

А вот стены бывшего научного предприятия начала покрывать чёрная сажа. И всё-таки до нас смертоносное пламя не добралось. Но и большая часть моих щитов сгорела в один момент.

А потом навалилась тьма…

Она вдруг появилась отовсюду. Из каждой щели, из каждого отверстия. Просачиваясь везде, где только можно было просочиться. Густая, тягучая, вязкая…. Меня будто в болото погрузили. Правда, в этом болоте, на удивление, можно было дышать.

Что-то бледное мелькнуло рядом так быстро, что я еле успел заметить, даже с моим замедлением. Это нечто напоминало жгутики двусердых, вот только было не энергетическое, а вполне материальное.

Что, впрочем, не мешало этому чему-то впитывать теньку!

Лже-жгутик рванул ко мне, но я успел выставить перед ним плетения щита. Всего три штуки, но они остановили бледный отросток, и тот снова спрятался во тьме.

Из кромешной тьмы вынырнула Авелина, прижавшись ко мне. Правда, из-за этого я пропустил удар очередного отростка, вылетевшего из темноты. Но в этот раз ему помешало что-то чёрное, пушистое и когтистое. И я даже подумал, что Тёме здесь, наверно, неплохо. Хотя, конечно, лучше бы по-прежнему сидел наверху, в нашем номере. Там бы у него точно были шансы уйти живым.

Ещё два удара я принял на щиты… А потом бледные жгутики до нас всё-таки добрались…

— Ты, Фёдор, извини, что пришлось вас так выдёргивать… — виноватым голосом сказал мой собеседник, которого звали Евгений Олегович Псковский. — Понимаю, грубовато вышло… Но тут и вправду нельзя такими плетениями кидаться. Вы же там всё угробите совсем. И ладно мы, калеки, но наверху-то тоже люди живут. Да и мои бывшие сослуживцы проснулись…