Книга Тьма. Том 8, страница 1 – Лео Сухов

Мартовская погода в Ишиме — это маленький ад метеозависимых людей. То с юга прилетит удушающая жара, то с севера доносит отголоски сибирских морозов. И всё это, разгоняясь по степи, затем обрушивается на несчастный город.

Никогда не любил март. Погода зависает в шатком равновесии между весной и зимой. И никак определиться не может, куда склонить чашу весов. В этом мире нередко склоняет в сторону зимы. И тогда уж, будь добр, живи в снегах до конца апреля.

А бывает наоборот. Как вдарит в конце марта оттепелью до двадцати градусов! А потом ещё недельку поболтает, и в середине апреля — уже лето. Но сейчас я больше мечтал, чтобы продолжилась зима.

Толкать грузовики по весенней распутице — занятие не из приятных. Это Авелина может из кузова не вылезать. А мне надо будет показывать дружине, что я свой, и руки у меня не из задницы растут, а из правильного места.

Колонны отрядов зачистки покидали временный лагерь, где собирались ещё с осени. Машина за машиной выезжали на север, в Тобол, где находилась ставка всего этого действа, на которое меня Дашков подписал.

Если бы только подписал, я бы точно не успел дружину собрать. Но ещё он помог выбить деньги из жадных родов, а затем и найти поставщиков, которые вовремя привезли вооружение и броню. Сейчас ведь производства буквально завалены заказами из-за Монгольской Тьмы. И только с помощью Дашкова удалось мой заказ в очереди продвинуть.

— Барин, мы следующие! — сообщил Слава, пробегая мимо к своей машине. — Занимайте кузов!

— Принял! Загружаемся! — ответил я и посмотрел на жену. — Готова?

— Трястись в кузове до самого Тобола? — улыбнулась она. — Нет, к такому меня не готовили.

— Да ладно до Тобола, вашбродь! Там ещё после Тобола на север по бездорожью! — с явным сочувствием к хрупкой, хоть и двусердой девушке заметил Хлебов.

— Давайте не будем пугать меня раньше времени! — снова мило улыбнувшись, попросила Авелина. — И так страшно.

— Они просто готовят тебя к неизбежному! — я подмигнул жене и, вспрыгнув в кузов, подал ей руку, помогая забраться.

— Бог ты мой! Это точно кузов? — уточнила она, осмотревшись внутри.

Ну да, большинство машин попроще делали. А вот ту, что предназначалась для меня и жены, обставили как маленькое уютное жилище. Алюминиевый лёгкий стол, вокруг него — восемь закреплённых кресел, а на полу — надувной матрас с бортиками, чтобы «вашбродия» при тряске не скатывались, если полежать вздумают. Ну и мощный обогрев из кабины, чтобы мы здесь коллективно дуба не дали.

— Честно говоря, только для тебя так расстарались! — засмеялся я, пока Авелина с шокированным видом осматривала сюрприз. — У остальных всё попроще.

— А назад ещё и на грузах спать! — добавил Хлебов, занимая со своими бойцами позицию у дверей. — Нашему полудесятку повезло!

Он довольно улыбнулся, а его ребята весело заржали. Приказ Славы по сопровождению «вашбродия», который они сначала восприняли как допнагрузку, теперь повернулся к ним удачной стороной.

Ехать в удобном анатомическом кресле удобнее, чем на лавке, как остальным дружинникам. Так что полудесятку Хлебова тоже перепало удобств. Да ещё и грузовик вести не надо. Эту «привилегию» — возить меня — Кислый не уступил никому. Купил права на нужный транспорт, а потом регулярно тренировался в вождении.