Книга Искупление грехов, страница 97 – Лео Сухов

Я отдаю весь свой запас.

— Удачи, командир, – прохрипел Суч.

Он не спорил. Никто не спорил. Только я мог ещё что-то изменить. И я должен был идти. За Пятнашкой, за всеми. За теми, без кого я не смогу остаться собой. За теми, кто прикрывал мою спину в боях. Кто спорил, кто не хотел уезжать из посёлка, кто не услышал и не прислушался ко мне. Я понял, что пойду за ними. И вытащу их.

Молча я сделал шаг в туман. Мне не нужно искать Пятнашку. Мне нужно логово главной твари. Там ключ к спасению – только там.

Земли Линга подчиняются правилам. Этим правилам подчиняются и алхимики. Стоит вступить в клубы тумана – и все правила будут тебе доступны. Я понял это ещё в самое первое посещение проклятых земель, когда вывел Амо-они в настоящий мир. Стоит правильно задать вопрос – и ответ появится в голове. Простой и понятный ответ. Почему мне позволили вывести девочку? Потому что мясной алхимик нарушил правила, попытавшись меня задержать. И пусть он не тронул меня и пальцем, но он – хотел, практически решился, а для земель Линга такое намерение не отличается от действия. И стоило мне спросить, может ли алхимик выйти за тучи – я получил простой ответ: «Нет».

Добраться до сердца земель Линга можно было только через лабиринт малых миров – пройдя последовательно каждый из них, соблюдая правила и выставленные условия. Но это в том случае, когда сами обитатели Линга правил не нарушали. За каждое их нарушение я получал право на одно собственное. Когда главный алхимик перекидывал нас по мирам, не давая возможности выйти – это было первое нарушение. Когда моих друзей пленили без права на выход – это было второе нарушение. И мне в ответ два раза дали нарушить правила – в мире мясного алхимика сойти с дороги и убить врага, а потом вытащить друзей без всяких условий.

В тот момент, когда главный алхимик сделал два шага к Пятнашке и утянул её назад – мне открылся путь в самое сердце Линга. В тот мир, где это сердце хранилось. И я точно знал, что сейчас этот мир пуст. Сложнее всего было «объяснить», куда я хочу попасть. Если бы не горошины алхимика, позволявшие видеть мне структуру малых миров, задача оказалась бы не по силам. Но когда тебе доступны все скрытые входы и выходы – не так уж и сложно обнаружить, куда они ведут. Стоило только землям Линга определить, на что направлено моё внимание, и куда я пытаюсь проникнуть – как вокруг меня свернулся кокон тумана, а в следующий момент я уже стоял на каменном полу.

Это был особняк – один из тех, где проживали обеспеченные жители города. Не жилая его часть – а подвал. Сквозь маленькое окошко я сумел разглядеть небольшой сад, красивую ограду, неширокую улицу, мощёную камнем, и даже каменный забор соседнего поместья. Я снова был в Линге – но не в том, который видел в других малых мирах. В этом Линге царили туманные предрассветные сумерки. Казалось, что город просто спит, но вот сейчас взойдёт солнце – и по улицам заснуют горожане, заскрипят колеса телег и зазвучат голоса живых. Но нет, не зазвучат. Утро здесь не сменит день, не придут им на смену вечер и ночь. И ещё я чётко осознал, что стоит мне покинуть особняк – как я тоже замру навсегда. Мой путь лежал не в город – в подвал. Всё глубже и глубже.

Я находился в небольшой комнате, заставленной ящиками и бочками. Дальняя часть помещения скрывалась в темноте – куда не доставал свет с улицы. Что-то внутри меня шевельнулось, требуя каплей своей крови осветить весь подвал, но я удержался – тратить кровь на такую мелочь мне не хотелось. Другим взглядом я отыскал обычные искры мудрости и засветил над головой огонёк. Не сразу – попытки с пятой. Но с каждым разом у меня получалось всё лучше.