Книга Искупление грехов, страница 96 – Лео Сухов

Я с удивлением осмотрелся: под другим взглядом начал меняться и мир вокруг. Проявились новые искры – даже не искры, а сгустки, крупные и белесые, как личинки насекомых. Они сплетались в кружево узоров, опутывая людей и постройки. И не люди это уже – а такие же твари, как я только что прикончил. Бледные, жалкие и отвратительные. Потерявшие давно всё человеческое, предавшие всех вокруг и самих себя. Нет никаких молодых тел – есть сухие тела молодых стариков, трясущихся перед трусливым уродом, который ничего не мог мне сделать.

Здесь другая мудрость: она проста и понятна, в ней нет того бесконечного многообразия, как в настоящем мире – простые плетения, простые узлы, как будто грубые узелки на верёвке. И выход – простой и понятный выход – прямо в колодце, на котором сидела тварь. Один приказ, одна мысль – и я оказался там, где Пятнашка, Молчок и Хохо были привязаны к столбу, а тонкие побеги вились вокруг их ног, проникали в щели и наполнялись краснотой под пристальным взглядом уродливой твари. Такое чудище я видел в селении, где мы добывали красные стебли, когда он опоздал и не смог помешать нам установить поглотитель.

Не знаю, как выглядело моё появление, но тварь почувствовала меня – обернулась, бросила в меня свои помойные искры, которые разлетелись от моего приказа. Перед новой мудростью я успел сделать лишь один шаг. Я снова развеял искры и занёс копьё, но тварь боится боли. В глазах – страх. Она отскочила сразу на пару десятков шагов как кузнечик, завыла, и в вое этом слышится: «Тревога!». Я понял, что времени нет – надо уходить. Уходить сейчас. Мечом срубаю стебли и срезаю веревки, освобождая Хохо, Молчка и Пятнашку.

— Шрам! Наши – там, – девушка указала мне за спину. Я обернулся и увидел ещё столбы. На одном – Пузо и Нож, на другом – Суч и Рыба.

Бросился к столбам, освободил друзей. На ногах держится один Молчок. Всех остальных я поспешно стащил в кучу. Мне нужен простой круг. Простой круг, что выведет нас к границе. Круг я черчу копьём, когда из туманных обрывков выскальзывают всё новые и новые алхимики, вливаю в круг местную мудрость, вперемешку с кровью – и мы оказываемся на краю Земель Линга. Только теперь нет позади старика, и можно сколько угодно оборачиваться. Он прилетит – прилетит очень скоро – но время есть. А до границы пара шагов, всего лишь пара шагов. И пусть на плечах тяжёлые соратники – неважно. Это даже хорошо! Это не даёт расслабиться.

Он пришёл, когда все бойцы уже были за границей. Старик в балахоне, скрывший лицо под капюшоном. Он пришёл и вышел за границу земель Линга.

— Врун, – прошептал я, поднимая копьё.

«Трус!» – прошелестело в голове.

Старик стремительно метнулся мимо, отклонив удар, схватил Пятнашку и прыгнул в туман. А в моих ушах застыл её отчаянный крик.

— Да как же так? – услышал я обиженный и непонимающий голос Хохо. – Как он вышел?

— Пятнашка!.. – всхлипнул Пузо.

— Я её верну, – твёрдо проговорил я, оглядывая спасённых. – Я верну всех!

— Тебя убьют, – хмуро ответил Хохо. – Их слишком много, Шрам.

— Они нарушили правила. Те правила, которым обязаны подчиняться, – твёрдо возразил я. – Теперь я тоже могу нарушить правила. Я верну её. Вы доберётесь до лагеря?

— Дай пять минут и мази с бинтами, – грустно ухмыльнулся Нож. – А если ещё и пожевать что будет…