Книга Искупление грехов, страница 90 – Лео Сухов

— Старый насильник! – зарычала Пятнашка, рванувшись, но мы сумели её удержать. – Я тебя на куски порву, урод!

Она вырвала из нагрудной пластины топорик и запустила в алхимика. Но тот с неожиданным проворством увернулся, отошёл на безопасное расстояние и начал, облизываясь, нарезать круги вокруг нас. Он явно что-то придумывал, но я не собирался ждать воплощения его гениальных идей. Пока выход был прямо под нами, а способ – в моей голове. Малые миры всегда требуют крови – много крови и много жизни. Если просто попрощаться с алхимиком – мы окажемся в следующем мире. Но если добавить в круг крови – нас выбросит из малых миров. Я посмотрел на бойцов и сразу заметил, что Молчок тоже знает про выход. Он просто смотрел на меня с немым вопросом в глазах.

— Мы вернёмся, – ответил я. – Проверим лагерь и вернёмся за остальными. Дай нож, Пятнаш.

— Зачем тебе нож? – не поняла Пятнашка, протягивая свой кинжал.

Кинжал у неё был тонкий и острый. Я аккуратно взял его в левую руку, заметив краем глаза, что Молчок повторяет мои движения.

— Задолбало!.. – я полоснул по руке, вызвав вскрик у Пятнашки и Ша-арми. – … мечом руку полосовать!

Сжав кулак, я повёл им над кругом так, чтобы тонкая струйка попадала на полосу. С другой стороны то же самое делал Молчок. Алхимик засуетился, попытался приблизиться и еле увернулся от топора.

— Только подойди, урод! – крикнула девушка. – Шрам, что вы задумали?

— Мы уходим, – ответил я, сосредоточенно поливая линию.

— А он так и продолжит насиловать и убивать? – заорала Пятнашка с бессильной яростью, больно саданув меня кулаком по груди.

— Он и будет это делать, чтобы мы вышли из круга! – выкрикнул я ей прямо в лицо, уворачиваясь от второго удара.

— Ну нет! Я, пожалуй, и после ухода развлекусь, – вставил своё веское слово алхимик скрипучим голоском. – Девушек, юношей…

— Заткнись, – Пятнашка обернулась и дёрнулась в его сторону, занося топор.

— Арми, Одноглазый, держите её, – приказал я, сжав зубы.

— Отпустите меня! Я его убью! – вырывалась девушка.

— Уже пыталась, – отвечал Одноглазый. – Ты никого не спасёшь!

— Шрам!..

Мы с Молчком стукнулись кулаками. Я выпрямился, поймав умоляющий взгляд Пятнашки, повернулся к алхимику и проговорил:

— Бывай, извращенец!

Нас выкинуло прямо к границе земель Линга. Я навалился на Пятнашку и успел предупредить:

— Не оборачиваемся!

— Как ты мог?! – кричала девушка, рыдая и пытаясь вывернуться, но подоспели другие бойцы и помогли мне её удержать. – Как ты мог….

— Выходим! – коротко приказал я.

Два шага слились в одну сплошную бесконечность. Эмоции Пятнашки рвались, разрывая мне сердце – боль, отчаяние, горечь, обида, злость. Но я должен был вытащить всех. Я обернулся только тогда, когда над головой раскинулись звёзды ночного неба. Ужасный старик снова, как и чуть меньше года назад, стоял и смотрел на меня. И в этот раз в его взгляде я видел отчётливое раздражение.

— Я вернусь и вытащу своих бойцов, – пообещал я ему. Он кивнул, развернулся – и ушёл.

Лагерь встретил тишиной. Никто, кроме нас, не сумел ускользнуть из лап алхимиков. И единственными счастливчиками в этом безумии выглядели довольные кавали. Они честно дотащили телеги до лагеря и добрались до свежей травки, пробившейся через переплетения засыхающих изменённых растений. Теперь они обиженно поглядывали на нас и непрестанно двигали челюстями.