Книга Смотритель Маяка 3, страница 58 – Сергей Шиленко, Артём Град

— Будем опускать эти… грот и фок? — обратился ко мне один из матросов

— Степс передвинули? — меня интересовали крепления к основания мачты ко дну корабля, их требовалось два. Первый взяли с позиции прежней мачты и слегка модернизировали, а второй сделали по его подобию.

Матрос кивнул.

— Молодцы, тогда опускайте!

Крик капитана дал команду на спуск. На канатах с утеса спустили две двадцатиметровые балки, которые медленно поползли вниз, к палубе.

— Трави, трави… Сто-о-ой! — командовал Каспар. — Трави-и, не отставай, матрос, синхронно!

Я закончил обтесывать румпель и позвал Луиса, белобрысого зеленоглазого юношу, помочь спустить его вниз.

Чтобы не переплывать каждый раз с берега на борт когга в лодке, матросы закрепили несколько канатов на вершине утеса и спускались по ним прямо на палубу. Опасно, но быстро и эффективно. Мы привязали веревку к концу румпеля и договорились, что Луис встретит бревно внизу. Парнишка ухватился за канат и ловко пошагал вниз, упираясь ногами в отвесную скалу утеса. Когда оставалось метра два до палубы его рука, по которой вчера пришелся удар мачты, не удержала канат, и парень рухнул на пол, вскрикнув то ли от боли, то ли от неожиданности.

— Живой⁈ — я выглянул из-за края скалы, глядя, как он тяжело поднимается, держась за руку.

К Луису тут же подскочили матросы, подхватили и усадили, прислонив к борту. Один из них, чернобровый и крепкий, крикнул мне: — Руку ободрал! Жить будет!

— Ушиба не избежать, — подумал я. — Явно не только ободрал.

Бросив бревно, сходил на маяк за бутыльком перекиси и бинтами, спустился на канате на палубу и присел к Луису.

— Когда двигаешь, болит?

Парень покачал головой

— Ничего, кости целы, — промыл ему рану, наложил бинтовую повязку и привязал руку к шее. — Пока у тебя больничный, можешь отдохнуть.

Парень противился и рвался в бой, но его пыл быстро осадило распоряжение Капара.

Поскольку я оказался на палубе, бревно предстояло принимать мне.

— Каспар, нужна помощь! — указал на веревку с привязанным к ней румпелем.

Старик не стал искать свободные руки, тут же засучил рукава, ухватился за канат и аккуратно столкнул бревно с обрыва. Оно повисло, ударяясь о камни и выбивая мелкую пыль, которая полетела вниз.

— Травлю! — крикнул капитан и стал плавно опускать заготовку.

— Принял! — вернул я Каспару и отвязал веревку.

Когда бревно оказалось на палубе, матросы подхватили его и перенесли на место крепления.

Руль имел прямоугольный паз, в который вставлялся прежний румпель, простое и долговечное крепление. Я замерил паз, обтесал шип рычага под размер, и мы с ребятами вогнали деталь на место. Чтобы усадить пятиметровое бревно крепко и без люфтов, использовали свободную балку, как таран, который так полюбился Мирель.

— Раз, два, три! — дерево ударилось о дерево, и рычаг плотно уселся в пазу.

— Теперь клинья? — спросил один из матросов — Чтобы не выпадал! Чтобы это… намертво! — он сжал кулак.

— Все верно!

Мы взяли по топору, вытесали клинья из свободных кусков, коих на палубе уже валялась целая поленница, и принялись стучать обухами по тыльной стороне руля.

Выглядело надёжно. Я стоял и разглядывал готовый руль под крики команды за спиной, что натягивали такелаж, закрепляя мачты.

— Провисает.

Слишком длинный рычаг под собственным весом тянуло к палубе, требовалась подставка. Вполне хватило бы и деревянного бруска с ровной горизонтальной доской, по которой будет скользить румпель, хотя доска быстро изотрется. Я прикинул, оглядываясь, ничего из валяющегося на палубе не подходило.