Онлайн книга «Воин Сидона»
|
Мои солдаты предложили помощь в поисках до тех пор, пока мы остаемся на корабле. Мой меч им знаком, они узнают его с первого взгляда. Багину говорил за себя как последний воин из Парсы, а Аахмес – за всех пятерых воинов из народа Митсерэу. Точно так же Азибаал высказался за команду судна. Матросы тоже станут искать, а их, по словам первого помощника, на корабле больше прочих. Куда крепче я верю в своих шестерых солдат, но надеюсь, что матросы проявят себя и что я в них сейчас ошибаюсь. * * * Я получил великое благословение от бога Тотмактефа. Мы пели и вознесли очень много молитв, просто не счесть, – молитв, которые я бы не смог здесь записать, даже если бы вознамерился совершить это безрассудное дело. Когда корабль встал на якорь, мы со жрецом пересели в лодку и углубились на ней в тростники. Эти болота очень опасны, служат домом для речных лошадей, змей и крокодилов. Я думал, мы до конца останемся в лодке, однако пришлось ее покинуть и идти вброд, по колено в воде. Вот из такого тростника и сделан мой свиток, как объяснил Тотмактеф, и именно одним из этих тростниковых стеблей я пишу. Чернила черны от их пепла, а на папирусе они держатся за счет крови растения. Те, кого боги Кемета после смерти сочтут безгрешным, отправляются ждать новой жизни на Тростниковые поля. Пока Тотмактеф все это рассказывал, я заметил, что его бабуин следует за нами. Вернее, его вела за лапу белокурая охотница, прямо поверх густых зарослей. Она улыбнулась мне и пропала, а мое сердце наполнилось тоской по ней. Сейчас, когда обряд завершен, я помню ее лучше любой части церемонии: изящную фигуру, высокие скулы и улыбающиеся синие глаза, оголенную, не скрытую под накидкой[26] грудь. Охотница вытянула из окровавленного бока стрелу и, омыв ее в воде, протерла, спрятала в колчан. * * * За ночь я дважды просыпался. Очень хотелось написать об этих своих пробуждениях, но лампы не было. Только что я видел лодку, привезшую солнце. На носу ее восседал бабуин (тот, что привел женщину, о которой я поведал в прошлый раз). Первым меня разбудил Канджу. Он представился, опасаясь, что за время сна я забыл его. — Я прочел для тебя звезды, и они говорят о войнах, а также о долгих и опасных странствиях. Годами ты будешь ходить по кругу, по следам собственных ног. Я спросил, найду ли Фалькату, и если да, то когда и где. — Отыщешь, – пообещал Канджу. – Я бы мог сказать больше, если бы знал день твоего рождения и то, в каком тогда положении были звезды. Этих вещей я назвать не мог, и он тяжело вздохнул. — Тогда уверенности ни в чем нет. Ты найдешь свой меч, но, судя по тому, что я видел, не там, где ищешь, ибо Небесный Охотник[27] повернулся к тебе спиной. Что же касается времени, то небеса заявляют, будто ты никогда и не терял оружие. — Не понимаю, – покачав головой, ответил я. — Я тоже, Люций. Надеюсь, когда ты вновь обретешь свой меч, то расскажешь, как это было. Второй раз мой сон прервала милая женщина; она коснулась меня там, где я бы не осмелился трогать других девушек, кроме жены. — Ты разбудил меня, – прошептала она, – вот и я тебя разбудила. Кому ты доверяешь? — Никому, – прошептал я в ответ, – даже себе. Хотя своему клинку доверял бы, будь он здесь. Это одна из причин, по которым я его ищу. |