Книга Материя. Том 1, страница 41 – Константин Соловьев

— И вы говорите об этом так спокойно?

Лэйд пожал плечами и едва не зашипел от боли: кажется, и спина была покрыта множеством кровоточащих царапин, которые он прежде не замечал. Когда он вернется в лавку, надо будет избавиться от костюма, лучше всего сжечь. У Сэнди, при всех ее достоинствах, слишком живое воображение. Обнаружив его в подобном виде, она может представить невесть что.

— А что еще остается? Среди джентльменов не принято покидать игорный стол, пока банкомет не объявил счет.

Мэнфорд-хаус спокойно глядел на них мертвыми темными глазами. Из дома не доносилось звуков боя, которых Лэйд внутренне ожидал, – ни криков, ни грохота мебели, ни звона стекла. Одно лишь только шипение газа, который время от времени вырывался наружу мутными клубами, туманом висящими в воздухе.

Саливан пробормотал сквозь зубы какое-то ругательство, столь плотно сплетенное из английского, полинезийского и ирландского, что Лэйд не разобрал и половины.

— Ваш рассказ об острове… Уж извините, Чабб, но скорее я поверю в то, что у меня на плечах бочка из-под виски, чем в ваше… ваш… ваши домыслы!

— Вы и не обязаны верить, – мягко возразил Лэйд, – и уж точно не обязаны воспринимать эту войну на свой счет. Видите ли, из нас двоих узник Левиафана – это я. А вы…

Констебль Саливан напрягся так, словно превозмогал миллион маленьких ублюдков, оплетших его цепями.

— А я?.. Кто я, по-вашему?

— Вы – подданный Левиафана. Истый житель Нового Бангора.

— Я не являюсь частью никаких сил, которые вам угодно воображать!

— Да ну? – вежливо удивился Лэйд, борясь с желанием отойти подальше от дома. – Что ж, было бы странно ожидать иного.

— Меня зовут Эйф Канлон Саливан! – отчеканил констебль. – Я родился в тысяча восемьсот семьдесят третьем году в Килкенни и прибыл на остров в девяносто третьем, два года назад. Я знаю это так же точно, как то, что небо находится наверху, а земля – внизу!

— Было бы странно, если бы вы считали иначе. Беда лишь в том, что у каждого островитянина, полли он или британец, отыщется история вроде вашей. Их роднит то, что все они фальшивы от начала и до конца. Не знаю, что это, милосердие Нового Бангора или изощренная шутка, но будьте уверены, каждый из здесь живущих свято уверен в том, что когда-то прибыл на остров с континента. По служебной надобности, из любопытства, по коммерческим делам, в командировку, по зову сердца… Однако это не так. Там, в большом мире, если он, конечно, еще существует, никто и никогда не слышал о констебле с именем Эйф Канлон Саливан.

Удивительно, как после всего пережитого у Саливана остались силы на гнев. Щеки его побагровели.

— Мою мать зовут Илли Нолан, урожденная Рэйли! Моего отца зовут…

— Хватит, Эйф, – мягко попросил Лэйд. – Я и так втянул вас в это дело, и глубже, чем следовало. Не хочу причинять вам дополнительные мучения. А это очень мучительно – сознавать, что являешься не человеком свободной воли, а слугой Левиафана, который волен сотворить с тобой все что угодно, исходя из правил какой-то странной игры, которую он ведет сам с собой очень давно – быть может, тысячелетиями.

Саливан издал короткий рык – и Лэйд поблагодарил Бога за то, что при нем уже нет его грозной полицейской дубинки. Эйф, конечно, парень сдержанный, но только когда дело касается драки в пабе или поножовщины, а не тогда, когда кто-то бомбардирует устои самого мироздания. Тут немудрено потерять контроль над собой.