Книга Материя. Том 2, страница 107 – Константин Соловьев

Лэйд мог бы поставить соверен на то, что угадает содержимое его карманов: сломанный перочинный нож, несколько перламутровых пуговиц, найденных на улице, пара купонов Армии спасения на благотворительные обеды, да еще, может быть, десяток пышных чаячьих перьев. Чаячьи перья Джеймс Первый собирал в Клифе, бродя в полосе отлива, вместе со всем тем, что море поутру вышвыривало на берег, – ракушками, мелкими обломками да безделушками, – чтобы потом обменять у мальчишек на пенни. В удачные дни его заработок мог составлять до шиллинга. Не очень внушительная сумма по меркам Миддлдэка, но вполне основательная для монарха, учитывая его неприхотливость в еде и скромные дорожные расходы.

Темный твидовый костюм с закругленными фалдами мог бы выглядеть старомодным, но представительным, вот только жаркое тропическое солнце Полинезии безжалостно обошлось с ним – ткань выгорела настолько, что больше напоминала дерюгу. Иногда князь стирал его в море и потом сушил на горячих камнях, что тоже не пошло ему на пользу: от морской соли твид изрядно покоробило. Мешковатые брюки пестрели заплатками, но все еще выглядели единым целым, мало того, имелась даже старая серебряная цепочка для часов, которая, хоть и не вела к часам, добавляла облику монарха известную долю солидности.

— Добрый день, мистер Лайвстоун. Прелестная погода сегодня, не правда ли?

Лэйд почтительно склонил голову.

— Истинно так, ваше высочество. Замечательная погода.

Князь Джеймс Первый одарил собеседника улыбкой. Ему было что-то около сорока пяти, но наверняка бы Лэйд не поручился – от частого нахождения на открытом воздухе кожа монарха мало того, что была покрыта бронзовым загаром, еще и порядочно закоптилась – князь иногда помогал рыбакам из Клифа конопатить лодки на берегу. Небольшая бородка и изящные завитые усы придавали его облику нечто испанское и, конечно, как всегда, были безукоризненно подстрижены. Князь Джеймс всегда пристально следил за собой, и неважно, собирал ли он перья на берегу или наносил великосветский визит в Миддлдэк, как сейчас.

Вероятно, он был голоден: несмотря на загар, Лэйд разглядел на лице гостя нездоровую бледность. Судя по всему, его высочество последние пару дней вынуждено было обходиться без обеда и без ужина. Но скорее Левиафан принялся бы давать бесплатные уроки игры на банджо, чем Джеймс Первый проявил бы поспешность, нарушив приличия и такт.

— Я проходил неподалеку и решил нанести небольшой визит в вашу лавку. Надеюсь, это не очень обременит вас?

— Что вы! Ничуть не обременит, ваше высочество!

Князь с достоинством кивнул.

— Ну и славно. Как идут дела в вашей лавке?

— Недурно, сэр, – отозвался Лэйд, протирая прилавок тряпицей. – Получили кофейную эссенцию из Берлина и отменный свиной лярд. Торговля идет бойко. А у вас как дела?

Джеймс Первый поморщился. Большую часть времени его лицо сохраняло полнейшую невозмутимость, как это свойственно особам королевской крови, но иногда, если вопрос попадал в чувствительную точку, мимические мышцы превозобладали над приличиями.

— Боюсь, неважно, – признался он. – Вчера я отправил очередную депешу через островные аппараты Попова в Княжество Тринидад. Уже четырнадцатую по счету. И знаете что?

Лэйд сочувственно кивнул.

— Опять нет ответа?