Книга Материя. Том 2, страница 106 – Константин Соловьев

Да, так лучше. Гораздо лучше.

Он легонько потряс головой. Он больше не станет утомлять себя жалкими оправданиями. Едва только Сэнди отложит книгу, он подойдет и выскажет ей все, глядя в глаза. Если какой-нибудь растяпа не ворвется в лавку в поисках кленового сиропа, угрюмо подумал Лэйд. Если какая-нибудь недалекая кухарка не обнаружит нехватку тмина или миссис Мак-Клотски, старая перечница, не явится посудачить о новостях из светского раздела «Луженой глотки».

Или того хуже.

Последние полчаса его наметанный глаз то и дело ловил за окном силуэт мужчины средних лет. Мужчина не выглядел ни угрожающим, ни озабоченным, он безмятежно прогуливался по противоположной стороне улицы, помахивая тросточкой, как это делают многие в Миддлдэке. Но, вероятно, отличался небывалой рассеянностью, потому что прошел мимо «Бакалейных товаров Лайвстоуна и Торпа» по меньшей мере семь раз за последние полчаса, и всякий раз самым пристальным образом разглядывал окна.

Лэйд вздохнул.

Просто удивительная рассеянность для такого возраста. Сейчас этот тип, собравшись с духом, войдет, произнесет условный пароль и потребует внимания. Скажем, его любящую тетушку утащили в лес и сожрали потревоженные маэро. Впрочем, нет, слишком жесткое, волевое лицо. Слишком пристальный взгляд. У таких не бывает любящих тетушек. А еще этот строгий серый костюм… Скорее что-то более прозаичное. К примеру, он обнаружил, что в его нотариальной конторе число пи, как его ни измеряй, стало равно пяти, или, например, монетки в два пенни неизменно падают решкой вверх… Кто-то шепнул ему, что глубоко во чреве Миддлдэка обретается мистер Лайвстоун, большой специалист по подобным трюкам мироздания, вот он и явился с визитом. Сейчас трезвый рассудок еще пытается сопротивляться, чинить препоны, но вскоре ноги неизменно понесут его сюда, и тогда о разговоре с Сэнди можно забыть – надолго, по меньшей мере до вечера. И хорошо, если дельце окажется непыльным, не требующим напяливать на себя тигриную шкуру и пускаться в смертельно опасные странствия по самым неприглядным и зловещим уголкам Скрэпси. Сооружать на ходу амулеты из всякого хлама, разить нечисть, вновь чистить костюм от всякой липкой дряни…

Сэнди испустила негромкий вздох и выпрямилась на стуле, глаза ее быстро моргали. Глава закончена, мгновенно определил Лэйд, нельзя терять ни секунды.

— Мисс Прайс!

— Да, Чабб?

Лэйд подошел к ней с делано небрежным видом, опершись рукой о кассовый аппарат.

— Есть одна штука… Словом, я хотел спросить вас кое о чем.

— Нет.

Наверно, так ощущают себя тигры в цирке, ощутив обжигающее прикосновение кнута в руках дрессировщика. Все верно. Сэнди – умная девушка. Умная и здравомыслящая. Поэтому ты и нанял ее, не так ли?

— Простите, я…

Сэнди улыбнулась ему.

— Вы не успеете спросить, Чабб. У нас посетитель. И знали бы вы кто! Кажется, вашу лавку одарила своим вниманием особа королевской крови. Вероятно, вам стоит обеспечить ей достойный прием?

— Черт! – вырвалось у него. – Далеко?

— Уже на пороге и намеревается войти.

Лэйд выругался.

Но, конечно, что-либо поделать было уже поздно. Колокольчик над дверью зазвонил.

* * *

Князь Джеймс Первый, полноправный правитель Княжества Тринидад, в отличие от европейских монархов, не утруждал себя ни большой свитой, ни обильным багажом. Он всегда путешествовал налегке. Возможно, даже перегибая палку – его нежелание нагружать себя вещами граничило с аскезой.