Книга Служанка для генерала или Кошка по ночам, страница 14 – Стефания

Чун стоял рядом, готовый подхватить в любую минуту, но Линь Шэн не нуждался в поддержке. Он просто сидел и дышал.

Екатерина спряталась за колонной, не решаясь подойти. Сердце колотилось где-то в горле.

«Он вышел, — подумала она. — Впервые за много месяцев».

Ветер шевелил его волосы, и первые розовые лепестки падали на плечи, на колени, на руки, лежащие на подлокотниках. Линь Шэн не двигался, не говорил. Просто вдыхал воздух, напоённый весной.

Чун заметил девушку и помахал рукой.

— Мо! Иди сюда, поставь поднос!

Она подошла на цыпочках, стараясь не нарушить тишину этого момента. Поставила завтрак на низкий каменный стол. Линь Шэн повернул голову в её сторону.

— Это Мо? — спросил он.

— Да, господин, — ответила она, опуская глаза.

— Я узнал твои шаги, — голос его звучал спокойно и тепло. — Ты ступаешь легко, словно боишься потревожить воздух. И пахнешь цветами. Оставайся. Я хочу, чтобы ты поела со мной.

Девушка замерла. Чун удивлённо поднял брови.

— Господин, я служанка...

— Я знаю, — мягко перебил Линь Шэн. — Садись.

Екатерина села на край скамьи, чувствуя себя неловко и неуместно. Хозяин взял чашку с чаем, поднёс к лицу, вдохнул аромат, сделал глоток.

— Чун показывал мне гребень, — заговорил он, отставляя чашку. — Говорит, работа выполнена так искусно, будто вещь никогда и не ломалась. Я бы хотел увидеть это сам, но... — он чуть повёл рукой в сторону повязки, — ...увы. Мне остаётся только верить на слово. И я верю.

Екатерина молчала, не зная, что ответить.

— Я слышал, ты чинишь вещи для слуг, — продолжил Линь Шэн. — Разбитые чашки, треснувшие вазы, сломанные шкатулки. Говорят, твои руки — золотые. И работаешь ты по ночам, при свете масляной лампы, когда все уже спят. Это правда?

Она подняла глаза, удивлённая тем, что он знает так много. Линь Шэн словно почувствовал её недоумение.

— В этом доме мне рассказывают всё, — пояснил он с лёгкой усмешкой. — Даже то, что я не прошу рассказывать. Слуги любят сплетничать, а я люблю слушать. Это единственное развлечение, которое у меня осталось.

Помолчал, потом повернулся к ней. Слепые глаза под повязкой, казалось, смотрели прямо на неё.

— У тебя есть имя? — спросил он неожиданно. — Настоящее? Не Мо — это просто прозвище, которое дал тебе Чун. У тебя было имя до того, как ты пришла в этот дом?

Девушка замялась. Настоящее имя? Екатерина. Но что она могла сказать?

— Меня звали Катя, — сказала она тихо. — Но здесь все зовут меня Мо. Я уже привыкла.

— Катя, — повторил Линь Шэн медленно, словно пробуя слово на вкус. — Странное имя. Красивое. Оно звучит как ветер в листве. Я буду звать тебя Катя. Если ты не против.

Она подняла глаза. Он не мог видеть её, но она смотрела на его лицо, на повязку, на руки, обхватившие чашку.

— Зачем, господин?

— Потому что ты заслуживаешь имени, — просто ответил он. — Ты не просто служанка. Ты мастерица. Ты возвращаешь к жизни то, что я считал потерянным навсегда. Это не каждому дано.

Девушка опустила глаза, чувствуя, как по телу разливается тепло. Никто не называл её по имени с тех пор, как она попала в этот мир.

«Катя, — пронеслось в голове. — Он назвал меня Катя. Значит, он видит во мне человека».

— Спасибо, господин, — сказала она.

— Не благодари, — усмехнулся Линь Шэн, поднимая чашку. — Просто продолжай делать то, что умеешь. Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.