Книга Дом Зверя, страница 188 – Мишель Вон

Миновали десятилетия. Потом века. Гнев монстра рос. Обида разъедала душу. Лихорадочные видения ярости порождали новые жуткие тени, что шныряли по возведенному ими в мертвой плоти его разума городу. Как они посмели так с ним обойтись! Как посмели унизить его, сами купаясь в поклонении. Он – принц. Эта страна его по праву.

Звезды падали, новый порядок крепчал. Заключались все новые соглашения с Ужасным Механиком, Небесным Провидцем, Плачущей Девой – и Лютым Зверем, грешником, который возлег с королевой. В царстве смертных шайка предателей не ведала преград, а их орудия почитали будто святых.

Монстр выжидал, дремал и стремился вырваться из нескончаемого небытия. Время от времени кто-нибудь пытался освободить узника. Они называли его тайное имя, приносили жертву, подобную той, что с давних времен приносили его создателю, и ненадолго пробуждали от вечного сна.

Но они всегда были одинаковыми. Такими же людьми, как те, которые когда-то его убили. Жаждущими власти, глуповатыми и скучными даже на фоне его монотонного существования. Он просыпался, впадал в отчаяние и снова засыпал, мечтая однажды уничтожить тех, кто все это с ним сотворил.

А потом вдруг что-то изменилось. Мужчина, такой же, как все остальные, расшевелил его кровью. Но в этот раз было и другое.

Новая душа. Одинокая девочка с пустотой в сердце. Он смутно узнал ее по полузабытому сну.

Монстр потянулся к ней – к этой девочке, ожесточенной и испуганной, так похожей на него самого, а она ответила ему тем же.

Она наделила его именем. Представила его обаятельным, и он научился ее смешить. Представила его прекрасным, и он отринул память о своем плотском искалеченном теле, лишь сохранил материнские волосы лунного цвета – последнее воспоминание о давно позабытой династии. Он наконец-то обрел дом вдали от холодного и пустого кладбища своего разума.

Он снова обрел друга.

Не она взывала к нему, но он все равно привязался к ней. Его создатель узрел это, явившись в свой храм, но учел годы унижения и мучительной скуки и оставил монстра в покое.

Девочка росла, в ней все больше копились горечь и гнев, радуя монстра, ведь он отыскал ту, что способна разделить его жажду мести. Ту, что столкнулась с несправедливостью мира и разозлилась. Вместе они заставят врагов заплатить.

Священный орден предателей по-прежнему держал его взаперти, не желая помнить, как они согрешили в самом начале. Они не могли полностью его уничтожить, поскольку все еще нуждались в его силе. Его глаз, надежно укрытый в глазнице Плачущей Девы, стал краеугольным камнем существования Сорроусенда и Теневого Предела. Но они похоронили это знание, тайну, которую оберегали их самые преданные слуги – что божественную святыню им дал мерзкий мальчишка, Проклятье Кугары.

Я наконец увидела картину целиком.

Кусочки головоломки сошлись, и губы сами собой произнесли имя:

— Астер.

Я открыла глаза, он был рядом. Я посмотрела на него будто впервые. Лунные волосы, горящие солнечным пламенем глаза… Лицо – такое красивое и гармоничное. Безупречно белое погребальное одеяние. Левая рука, кожа на которой чуть темнее, чем на правой.

Он грустно мне улыбнулся.

— Знаешь же, не выношу, когда ты так делаешь.

— Может, начнешь с другого?

В глазах его мелькнуло раскаяние.