Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 73 – К. Рэдлиф

Голос церемониймейстера дрожал от старости, но каждое слово было слышно четко и в каждом уголке зала:

Линь Ян, стоявший рядом с Цзэ Сюланем, наклонился к нему и прошептал:

— Еще немного, и ты сможешь прикорнуть прямо здесь. Смотри, вон тот старый министр уже клюет носом – можешь последовать его примеру.

— А если я захраплю? – Цзэ Сюлань прикрыл рот рукой, чтобы спрятать очередной зевок.

— Тогда скажем, что это ты так выражаешь восторг перед новым императором.

Лянь Цзэнь, стоявший по другую сторону, резко дернул Линь Яна за рукав.

— Прекратите болтать! – прошипел он. – Или вы хотите, чтобы нас выдворили до начала банкета?

— …И принимай скипетр власти.

Как только прозвучали последние слова, Цинь Фэнчжан почувствовал, как ему хочется согнуться под тяжестью бремени, опустившегося на его плечи. Но он остался стоять ровно. А потом гордо сел на резной трон из красного дерева.

Двери тут же распахнулись, и двенадцать человек на разноцветных подушках один за другим вынесли регалии. Сановники без устали кланялись каждый раз, когда пальцы императора Жэньаня касались символов власти. И только Цао Цзюань, Линь Ян, Цзэ Сюлань и Лянь Цзэнь не падали ниц, лишь немного склоняясь, из-за чего собирали много косых взглядов на себе.

— Как же мы им глаза режем, – с легким самодовольством сказал Линь Ян.

Когда все присутствующие потянулись к трону, чтобы совершить три земных поклона и преподнести дары, Цзэ Сюлань понял, почему эта церемония длится так долго. Он уже в сотый раз зевал с закрытым ртом, тайно завидуя ученикам, которых не допустили до церемонии и оставили в теплых кроватях.

— Эй, немного осталось, – шепнул Линь Ян, легонько касаясь его спины ладонью. – Скоро все закончится, и можешь уйти. Никто не обязывает тебя присутствовать на банкете.

— Не болтай, – шикнул Лянь Цзэнь, нахмурив брови.

— Да я же не один болтаю. Вон те двое в синих халатах тоже о чем-то спорят.

Цзэ Сюлань хихикнул и снова посмотрел на Цинь Фэнчжана, и тот легонько ему улыбнулся, словно тоже хотел утешить и сказать «потерпи». Чиновник, увидев первую улыбку императора за эту церемонию, чуть на Небо от счастья не отправился. Конечно, ему сам император улыбнулся! Это значит, что ему очень понравился дар! Остальные чиновники смотрели с завистью.

«Легко ему, – вздохнул Цзэ Сюлань, переминаясь с ноги на ногу. – Он-то хотя бы сидит».

[Ты бессмертный заклинатель. Твоя выносливость выше, чем у всех этих людей вместе взятых, а сон тебе и вовсе неделями не нужен. А ты разнылся, как ребенок!]

«Что за тон? – возмутился Цзэ Сюлань. – Будешь так со мной разговаривать, я тебя никогда из “не беспокоить” не достану».

Линь Ян схватил руку Цзэ Сюланя и впихнул в нее что-то круглое и маленькое, шепнув:

— Съешь, чтобы не уснуть.

Цзэ Сюлань разжал ладонь и увидел медовую конфету.

— Ты носишь с собой сладости?

— Съешь, от сладкого меньше спать хочется.

Цзэ Сюлань не особо любил сладости, но конфету все же съел. Утром после сна действительно неплохо было поднять уровень сахара.

Цао Цзюань пошел к трону последним, после того как все чиновники закончили с поклонами. Как глава он нес дар от всего ордена, стараясь идти как можно величавее и увереннее. Цао Цзюань не любил, когда на него обращали много внимания, и уж точно ему не нравилось медленно шествовать вперед, пока за ним следят любопытные глаза. Но делать нечего.