Книга Лекарка для Викинга, страница 185 – Маргарита Фуаро

— Нет.

— Я сказала…

— Нет, лекарка.

Он впервые сказал это без насмешки.

Я наклонилась.

Его губы почти не двигались.

— Скажи… Хальвдану…

— Сами скажете.

— Скажи… он не слабый. Я был.

Я сжала зубы.

— Не превращайте смерть в красивое оправдание. Это раздражает.

Асгейр слабо усмехнулся.

— Ты… не даёшь умереть даже красиво.

— Работа такая.

Он посмотрел на Эйрика.

Эйрик опустился рядом.

Битва всё ещё гремела вокруг, но на несколько мгновений вокруг них стало тихо.

— Брат, — прошептал Асгейр.

Эйрик ничего не сказал.

— Я хотел… чтобы меня выбрали.

— Я знаю.

— Ты всегда знал?

— Да.

Асгейр закрыл глаза.

На лице его прошла боль, не от раны.

— И всё равно держал меня рядом?

— Ты был моим братом.

Асгейр открыл глаза.

— Был?

Эйрик молчал.

Вот это молчание было честнее любого прощения.

Асгейр понял.

— Правильно, — прошептал он.

Корабль Рагнара внизу горел.

Люди прыгали в воду. Второй корабль пытался отвернуть, но течение било его к скалам. Третий уже уходил в туман — не из милости, из расчёта. Рагнар, если это был он, не хотел потерять всё за один заход.

Но бой на берегу ещё шёл.

Один из чужих прорвался к нам по тропе. Сигрун выстрелила, промахнулась. Коль ударил его топором в плечо. Хаконовы люди добили.

Я почти не видела.

Мои руки были на ране Асгейра.

Кровь не останавливалась.

Я уже знала.

Но продолжала давить.

Потому что иначе нельзя.

Асгейр вдруг прошептал:

— Эйрик.

— Здесь.

— Хравн… не один знал пророчество. Рагнар знает. Южный берег знает. Если она останется… за ней придут.

“Она”.

Я.

Конечно.

Пророчество нельзя убить вместе с одним годи. Слова уже ушли дальше.

— Пусть приходят, — сказал Эйрик.

— Не говори… как дурак.

Асгейр кашлянул кровью.

— Если любишь… не держи. Иначе они будут бить по ней… чтобы сломать тебя.

Я замерла.

Эйрик тоже.

Асгейр улыбнулся едва заметно.

— Видишь? Умираю… а всё ещё умнее тебя.

Эйрик сжал его плечо.

Не нежно.

Не жестоко.

Как брат, который не знает, куда деть руку.

— Молчи уже.

— Наконец… приказал правильно.

Асгейр выдохнул.

И на этот раз не вдохнул сразу.

Я наклонилась к нему.

— Нет. Асгейр. Слышите? Вдох.

Он не слушал.

Очень невежливо со стороны пациента.

Я проверила пульс.

Едва.

Потом ещё.

Ничего.

Я всё равно держала руку дольше, чем нужно.

Может, из упрямства.

Может, потому что ненавидела, когда кто-то умирал сразу после того, как его удалось спасти.

— Вара, — тихо сказал Эйрик.

Я покачала головой.

— Нет.

Но тело под моими руками уже стало другим.

Не человеком, который спорит, язвит, предаёт, надеется, боится.

Просто телом.

Я убрала руки.

— Он умер.

Эйрик закрыл глаза.

Внизу раздался победный крик.

Неровный.

Уставший.

Не радостный.

Корабль Рагнара горел на камнях. Второй уходил, третий исчезал в тумане. Люди Эйрика держали берег. Люди Хакона стояли рядом с ними, впервые без промежутка.

Битва заканчивалась.

Нет, не так.

Она переставала убивать прямо сейчас.

Это разные вещи.

Хравн вдруг зашептал:

— Боги взяли предателя.

Гудрун повернулась к нему.

— Молчи.

— Смерть Асгейра — знак.

Фрейдис, которая помогала тащить воду к берегу, вышла из-за спин женщин.

— Нет.

Хравн посмотрел на неё.

— Опять ты?

— Да. Опять я. Мой сын мёртв. Хельга жива. Хальвдан жив. Бьёрн дышит. Асгейр умер от ножа в твоей руке. Я больше не отдам тебе ни одной смерти, чтобы ты назвал её знаком.