Книга Книга Паучихи, страница 46 – Рика Иволка

— Ты… – она нахмурилась, окидывая его выразительным взглядом с ног до головы, – приметный!

— Да? – Алактир тоже осмотрел себя, вытянув руки. – Без крыльев я ничем не отличаюсь от любого другого человека. Альвы-полукровки ведут дела с людьми довольно часто, ведь так? Это ведь ваша единственная связь с наземным миром.

Мэл раздраженно помотала головой.

— Я не о крыльях, тупица. Ты… гигантский!

Алактир удивленно вскинул брови, хмыкнул, потом еще раз. И вдруг улыбнулся как будто даже снисходительно, такая улыбка иногда бывала у леди Бризанны – с прищуром, изломами морщинок у глаз. Мысль о госпоже-матери сейчас добавила в и без того мутную воду ее сознания каплю горечи.

— Ты никогда не была за пределами Юдоли? Даже здесь, на границе?

Малврае на это только фыркнула, не желая подтверждать очевидное. Что она, наследница матриарха одного из Великих Домов, позабыла на окраине мира?

Алактир поджал губы:

— Понятно. Что ж… впереди тебя ждет много открытий, – и снова выглянул из пещеры на город.

— И на что ты купишь нам припасов, умник?

Дэв сунул руку в поясную сумку, позвенел в ней чем-то, и вдруг вытянул кончик золотой цепи, словно пьяную от охотничьего яда ящерку за хвост. Мэл удивленно моргнула. Это цепь! Та самая игрушечная цепь, которой она сковывала его в своих покоях.

— Ты… взял ее с собой?

Алактир повернулся к ней, пряча золотую ящерку обратно.

— Я не первый год выживаю на улицах. Если есть вещи, которые можно продать по дороге, лучше прихватить их с собой.

— Ты рассчитывал на побег?

— Конечно. Кто бы не рассчитывал? Не при таких обстоятельствах, возможно, но…

Мэл обняла себя за плечи, тщетно пытаясь согреть руки под плащом.

— Если бы не эти обстоятельства, у тебя бы ничего не вышло, – проворчала она.

— Угу… Мне придется забрать у тебя плащ. Чтобы скрыть это. – Алактир указал на свой золотой ошейник. Потом он опустил презрительный взгляд на вырез ее платья. – Твоя… ересь еще работает?

Мэл вскинула руку к груди и нащупала что-то твердое и круглое. Брошь-шкатулка! Подарок Хестина.

— Да, – рассеянно пробормотала, – должно…

Она сняла плащ, передала его дэву и, вообразив руну призыва, раскрыла брошь. Магия окутала плечи теплой тяжестью, запахом обожженной кожи и карамели. Хестин любил засахаренные орхидеи. Его пальцы вечно были липкие от сладости. Он вечно обжигал их о собственное колдовство… Мэл пришлось на мгновение задержать дыхание, чтобы не дать волю слезам.

Волшебный плащ казался больше, чем в прошлый раз, она утопала в нем, могла завернуться целиком. Внутри зрело это желание – завернуться целиком, лечь и уснуть. Хотя бы на пару часов. А лучше – на вечность.

— Я вижу, ты устала и хочешь спать, – дэв надел плащ, забросив один край на противоположное плечо и как платком замотав шею, – но сейчас нельзя. Спрячься, дождись меня. Будь начеку, за нами уже могли послать погоню. Неизвестно, как надолго их задержит магическое извержение, которое устроила твоя мать…

— Стой! – вдруг крикнула Мэл.

Алактир, уже шагнувший к спуску, вопросительно глянул на госпожу. Малврае прикусила губу. Зачем она окликнула его? Что хотела сказать? «Что мне делать, если ты не вернешься?» Как глупо… Дэв истолковал ее неловкое молчание по-своему.

— Я не сбегу, – хмуро сказал он, похлопав себя по плечу в том месте, где Богиня оставила метку, нарекая дэва слугой своей госпожи. И ушел в объятия города, быстро затерявшись светловолосой точкой среди убогих хижин полукровок, насаженных тут и там, как дикие грибы. Ухоженные сады Юдоли против безумного хаоса колоний вечно голодного мицелия^[6]. Мэл вздрогнула и зашла поглубже в пещеры.