Книга Книга Паучихи, страница 105 – Рика Иволка

— Похож на брошенного котенка, – продолжил Алактир. – Ему нужен наставник. Семья. Место, где о нем позаботятся, научат выживать. Место, где он будет полезен и нужен.

— Пусть ищет себе дом. – Мэл отвернулась от парня, пожала плечами. – Я его не держу.

Алактир устало улыбнулся, разглядывая ее задумчивый профиль.

— Не делай вид, что тебе плевать на него.

— Не пытайся залезть ко мне в сердце, дэв.

Алак перестал улыбаться.

— Понял. Извини. – И тоже уставился на закат.

Они молча сидели, слушая козьи голоса, журчание водопада и песни ночных птиц. Ящерка закурлыкал какой-то тихий грустный мотив, ненавязчивый, как ветер, к которому они уже привыкли здесь наверху. В скалах всегда ветер. В сердце альвийки всегда лед. У Алака в голове всегда тупость и пустые надежды. Так все и работает в этой жизни.

С чувством досады и злости он не глядя нащупал какой-то камешек, замахнулся, желая бросить его в озеро, но Малврае вдруг спросила:

— Думаешь… ему будет лучше там? В этом твоем убежище для мутантов.

Алак медленно опустил руку с камнем себе на колено.

— Я думаю, он пойдет за тобой, куда бы ты ни пошла. Не знаю почему, но ты сама видишь, что это так. Я думаю, что убежище – лучший вариант для него. Куда лучше, чем тащить его к колдуну.

Малврае вдруг выхватила камень из его руки и зло кинула куда-то в зелень. Роща поглотила его беззвучно.

— Ненавижу! Все слишком сложно, – рыкнула она так громко, что даже Ящерка прервал свою песню. – Богиня испытывает меня… дает на пути сложные выборы, соблазны… – Она натужно помолчала, а потом наконец тихо призналась, уставившись куда-то вниз: – Не знаю, что делать.

Вот как! Самое время дать непрошеный совет.

— Тебе тоже не оставили выбора. Как и всем нам. Мы родились с мутациями, ты родилась в закрытом обществе со своими законами. Но это не значит, что мы обязаны им следовать. Что мы обязаны слушаться своих богов, отцов и матриархов. У нас может быть свой путь. Если нам не дали выбора, то мы сами его возьмем. Понимаешь? – Алак придвинулся ближе, коснувшись бедром ее бедра. – Ты можешь сама решить, как тебе жить эту жизнь. Где. С кем. Боги не властны над нами, если мы не даем им эту власть.

Малврае шумно выдохнула, пряча лицо в ладонях. Возможно, она плакала и хотела скрыть это от него, хотя один разок ему уже доводилось видеть ее слезы. Слезы детей рвут душу. Слезы Малврае вызывали в нем чувство вины. Это он показал ей возможность выбора. Открыл глаза. Он заставил ее чувствовать все это.

Алак обнял рукой ее узкие плечи и прижал альвийку к себе, как если бы стало холодно. Что он делает? Заботится? Или продолжает манипулировать? Но ему ведь и правда не плевать… Малврае права, иногда все так сложно.

— Я помогу тебе. – Он наклонился к ее виску и со смешком сказал: – У меня, знаешь ли, приличный опыт в этом деле.

— В каком? – Малврае подняла лицо, совершенно не заплаканное. Однако для девицы ее положения она на редкость неплаксивая.

— В том, чтобы идти против своего бога и дома. Как видишь, я еще жив!

— По-моему, тебе просто повезло.

Что это? Она улыбнулась? Не испорти момент глупой шуткой, Алак Чайка, оставь их лучше при себе… Кто знает, когда в следующий раз доведется увидеть эдакое чудо света. Или тьмы.

— Ну… – Он задумчиво поскреб щеку. – Везение – не самая худшая штука в жизни, правда?