Книга Офицер строгого режима, страница 4 – Ольга Тимофеева

— Граф, тихо!

Но болонку уже истерично несет визгливым тявканьем.

Поводок наматывается барышне на щиколотку. Ещё петля. Рывок.

Женщина путается в намотанном на ноги поводке.

— Черт! - и бухается на колени.

Телефон летит в сторону.

Бардак на ровном месте.

А потом такие под машины попадают, потому что по сторонам не смотрят.

Граф дает короткий лай. Предупреждает. Но мелочь начинает метаться ещё сильнее.

Как ее заткнуть?

— Да тише, дуреха, - ругается на нее хозяйка.

— Граф, сидеть! - одергиваю своего и поднимаю отлетевший телефон.

Она на коленях мягко прогибается в спине.

Не туда смотришь, Муромов.

— Ударились? - протягиваю руку, чтобы помочь встать.

Поднимает голову.

О!

Та самая. Мать художника.

Она тоже узнает. По лицу считываю: “только не ты”.

Ну да. Мир тесен. А двор, видимо, ещё теснее.

— Василиса Премудрая?

Глаза вспыхивают.

Ненавидит эту шутку.

На мою ладонь смотрит. Но, вскинув аккуратненький подборок, поднимается сама. Помощь не принимает.

Сжимаю руку в кулак. Убираю в карман.

— Да, были бы Премудрой, смотрели бы по сторонам, а не в телефон, - протягиваю ей аппарат.

— Спасибо за ценный совет, - отряхивает ладонью колено. Вроде ничего страшного. Только грязнь. - В следующий раз закажу у вас инструктаж заранее.

“Дуреха” эта мелкая носится.

Василиса распутывает поводок с ног.

Граф тянет нос к ее болонке. Обнюхать - святое дело.

Та шарахается и снова лает.

— Не надо, Чаечка моя, не трать свои нервы, - подхватывает свою белую “панику” на руки. Та мгновенно прилипает к ней всем телом и дрожит.

— Чайка? Прям очень ей подходит. Ещё бы Сирена ей подошло.

— Вы бы… лучше за своей собакой смотрели, а то пугает тут всех, - и кивает на Графа.

Я за ней перевожу взгляд на своего. Сидит спокойно. Покерфейс натянул.

— Прям по нему и видно, что гроза всего двора.

— А чего же вы тогда на него намордник надели?

— Положено.

— Вы в лес ведете выгуливать своего Монте-Кристо?

…Монте-Кристо?

Обычно он де Ля фер.

Что вообще за херня?! Вопросы задаю обычно я! А тут оправдываюсь не пойми за что.

— Да.

— Тогда мы, милая, - носом ведет по шерсти собачьей, - сегодня погуляем во дворе. В лесу опасно.

Разворачивается и прихрамывая идет назад.

С хера ли я и виноват ещё?

— Люб, - глотаю на ходу горячий кофе, - сегодня в три у нас запись к врачу. Я тебя заберу в полтретьего. Постарайся не опаздывать.

— Хорошо, папуль, - кричит из ванной.

В окно смотрю на людей, бегущих на работу.

Ищу кого-то знакомого.

Но знаю пока тут только одного человека. Как одного… Двух Мудрых. С собакой сегодня не встретил. Или раньше меня выгуляла. Или позже.

Цоп-цоп-цоп по ламинату.

Заходит Граф и к миске. Пьет воду.

— Надо ж было так нам попасть! Ты с этой Чайкой, я с хозяйкой.

Граф на меня смотрит.

— Это она ещё не сообразила. Сейчас решит дожать со своим сыном, будет ходить ныть, пироги носить, уговаривать отпустить.

— Пап, что говоришь? - кричит из ванной Люба.

— Не тебе. С Графом говорю, - подмигиваю псу. - Да чего там! Не первая, не последняя, - справимся. Ты только это… не гавкай на нее. Ты же видишь нервная какая.

Живет же где-то тут… - смотрю на дом напротив.

Мне узнать на раз-два. А потом буду окна вычислять.

На хера мне это надо?!

В такие окна она меня раньше вычислит.

Раньше у меня из окна виден был лес. В принципе, вопроса не стояло. Теперь виден дом в метрах тридцати, из которого на меня по-любому кто-то смотрит. А как узнают ещё, что начальник полиции…