Книга Контрольный выстрел, страница 189 – Ю Несбе

Грип кивнул.

— Предатели, все до одного.

Кристиан плюнул на пол.

— Но ты ведь тоже потом снялся в «Проповеднике»? — сказал Грип.

— Это было гораздо позже, когда «Final Cut» уже лежал в руинах. Если режиссировать не дают, приходится заниматься тем, для чего ещё годишься. У меня был кое-какой актёрский талант, как у тебя — талант к кранам, тележкам и всей практической части. Но это не значит, что надо отказаться от мечты. Терренс Малик потратил тридцать лет, чтобы снять «Древо жизни», Кубрик — примерно столько же на «С широко закрытыми глазами», верно? Та версия «Final Cut», которую Тим почти успел смонтировать, заняла всего двадцать с небольшим лет.

— Получилось так, как ты надеялся? — спросил Грип.

Кристиан покачал головой.

— Фильмы никогда не становятся в точности такими, какими ты их представлял. Иногда, очень редко, получаются лучше. Обычно хуже. Я «Final Cut» не видел. Знаю только, что там нет моей сцены — той, ради которой я и согласился стать сорежиссёром. Мэрион в душе из «Психо». Без неё проект… ампутирован.

— Помню, ты был на ней помешан.

— Я рассказывал почему?

— Ты говорил, что мальчишкой подглядывал за тётей в душе в пансионе.

— Про тётю я сказал потому, что признаться, что это была моя мать, показалось слишком уж жёстким. В любом случае тогда мы собирались делать фильм со знаковыми серийными убийцами из истории кино. Сначала лишились финансирования и участников, а когда попытались снова поставить «Final Cut» на ноги, вышел этот проклятый венгерский фильм с той же идеей и тем же названием. Так что дальше всё было неизбежно. Идея life imitates art. Реалити-фильм, где настоящие убийства подражают киноискусству.

— Твоя идея?

— Хотел бы я сказать, что моя, но ты прекрасно знаешь — нет.

— Значит, Тима.

Кристиан Боэнг рассмеялся.

— Хватит ходить вокруг да около, Кнут. Мы с тобой должны были режиссировать «Final Cut». Это тебя мы все предали. Это ты их убил.

Грип уставился на него.

— Что ты несёшь? Ты сошёл с ума?

Кристиан коротко рассмеялся.

— Нет, я не сошёл с ума. Я всегда был сумасшедшим. Сошёл с ума ты.

— Ч-чего ты хочешь, Кристиан?

Кристиан Боэнг откинулся в кресле.

— Я хочу продолжить с того места, где мы остановились. Хочу снова быть твоим сорежиссёром на «Final Cut». Ведь у тебя осталось ещё одно убийство, которое надо снять?

Кнут Грип сидел в режиссёрском кресле и пытался думать.

Одновременно он пытался прочитать лицо человека, который когда-то был его лучшим другом. Тогда, когда они работали над «Final Cut», прежде чем все разбежались. Включая Кристиана Боэнга.

Он сейчас сидит там и блефует?

Если нет, откуда Кристиан мог знать, что он, Грип, — Киноубийца? Ведь он не допустил ни одной ошибки.

Наоборот, единственный раз, когда всё едва не пошло наперекосяк, Грип сумел выкрутиться. Полиция отправила Тиму плёнку с записью повешения Роберта, и Тим увидел в отражении на стёклах очков Роберта своего брата по отцу.

Когда Тим стоял в темноте за дверью на веранду с плёнкой в руке, Грип испугался. Испугался, что всё рухнет. По Тиму было видно: он что-то понял. Тим показал ему разоблачительные кадры и попросил самому пойти в полицию.

В ответ Грип приставил к виску Тима револьвер «Webley Mk VI».

Тим был робким, нервным человеком, совсем не из тех, кто станет сопротивляться. Грип забрал сценарий и исходную плёнку с убийствами, и они поехали в «Пайнвуд». Там Грип запер Тима вместе с плёнкой, сценарием, револьвером, из которого предварительно вынул патроны, и предложением, от которого тот не мог отказаться.