Книга Тень и прилив, страница 97 – Рейчел Гринлоу

— Об этом и говорила Эмма? Об этой двери?

— Да.

Эли наконец переводит взгляд на меня, и скорбь в его глазах пронзает меня насквозь. Все, чего мне сейчас хочется, это потянуться к нему. Но я держусь, не сокращая разделяющее нас расстояние, жду, пока он соберется с мыслями.

— Мой отец оставил письмо, которое Эмма отдала мне, когда увидела, что я готов. В письме он рассказал, что умеет ходить сквозь тени. Он называл это «переносом». А я уже знал, что тоже на это способен. Он шагнул в дверь в его собственном мире, но я так и не разобрался, как ходить между мирами, как умел он. – Элайджа вздыхает, качая головой. – Я знал: то, что хранится в шкатулке, было важным компонентом перемещения, и теперь понял почему. Эти медальон и цепочка из его мира. На них мне нужно сосредоточиться, чтобы перенестись туда. И я обязательно перенесусь, как только пойму, как пользоваться амулетом. Но только после того, как острова и Эннор будут в безопасности. Тогда я отправлюсь в его мир и найду его. – Голос его дрожит. – Найду и спрошу, почему он так и не вернулся к нам.

Я делаю шаг к нему, беру его за руку, кладу голову на его плечо. Такого настоящего, такого уязвимого Эли я еще не видела. Он приоткрыл оконце в свою душу, и тяжесть того, что приходится нести ему, наваливается и на меня. По щеке скатывается слеза. Сердце разрывается от боли за Эли. За маленького брошенного мальчика.

— А что имела в виду Танит, когда сказала, что привязывает свое бренное тело к Эмме?

— Ах, это, – мрачно роняет он. – Танит – огнедышащий дракон. Сейчас она в человеческом облике, который приняла, потому что влюбилась в человека. Пока она остается Танит, он помнит о своей любви к нему. Но она знает, что эта ее форма – лишь мимолетное мгновение в ее огромной жизни. Привязав свою смертную жизнь к Эмме, она также привязала ее и к Эннору. Если чары Эннора падут, если стены замка будут разрушены, Эмма перестанет существовать, а Танит вернет свой истинный облик. И уже не будет помнить ни нас, ни того, кого любит сейчас. Она больше не будет Танит.

Я судорожно глотаю воздух. Все кусочки головоломки встают на свои места. Я осознаю значение решения Танит.

— Это Джоби, да? Она знает, что ничего быть не может, поэтому…

— Она оберегает его, по-своему. Джоби, конечно, так не считает. Вот почему он в последнее время редко остается в Энноре, предпочитая проводить время в море, вспоминая каждый миг своей любви и думая о жизни, которой не будет.

— Как они познакомились?

Эли задумчиво улыбается.

— Джоби освободил Танит от проклятья. Она была прикована к уединенному месту в Хребтах. Я отправил туда Джоби к одному из моих аптекарей, и там он услышал о горном монстре, питающемся храбрецами, которые отправляются убить чудовище. Местные были слишком бедны, чтобы заплатить охотнику из ковена, вот Джоби и предложил, что он пойдет и уничтожит монстра. Он нашел ее едва живой, в ее истинном облике, прикованной к скале проклятьем злой ведьмы. Она не пыталась атаковать, она просто лежала и тихо умирала в одиночестве от голода. Джоби присел рядом, и сидел там, среди льда и снегов, на морозе, и говорил с ней, рассказывал об Энноре – и этим разрушил проклятье.

— Как?

— Он проявил к чудовищу доброту. Оковы пали. После прибытия сюда она приняла свою нынешнюю форму, зная, что все это мимолетно, что это лишь мгновение в ее долгой-предолгой жизни, но желая проводить больше времени с Джоби. Остальную часть истории могут рассказать лишь они сами.