Книга Слепая зона, страница 233 – Сара Парецки

Бендел молча повесил трубку, но через день или два, возвращаясь с собаками с прогулки, я увидела, что он поджидает меня. Его темно-синий седан был припаркован у дома, а вокруг толпились соседские ребятишки – такой автомобиль пока еще редкость на нашей улице. Сам Бендел сидел на пассажирском сиденье. Заметив меня, он вышел из машины.

— Сенатор Гантнер хотел бы поговорить с вами.

Я скомандовала собакам «Сидеть!» – они были излишне общительны, и я не хотела, чтобы бедняги подхватили какую-нибудь ужасную болезнь, облизывая его руки…

— Пусть позвонит и договорится о встрече. Я подумаю, смогу ли принять его.

Задняя дверь автомобиля распахнулась, и из нее появилась холеная фигура, знакомая мне по рекламной компании.

— Прошу вас об одолжении, мисс Варшавски. Я не надолго в Чикаго.

Я демонстративно посмотрела на ручные часы.

— Пожалуй, я смогу уделить вам десять минут.

Когда мы вошли в дом, мистер Контрерас высунул голову в коридор.

— Идите сюда, мистер Контрерас, – позвала я его, – у вас есть шанс живым увидеть сенатора Соединенных Штатов. Кроме того, вы можете стать свидетелем угроз, подкупов или шантажа, смотря что эти господа предложат мне.

Старик казался испуганным, но довольно охотно последовал за нами. Мы расположились в моей гостиной. Я была в своих прогулочных шортах, а Гантнер и Бендел – в безукоризненно сшитых летних костюмах. Гантнер сразу приступил к делу.

— Я слышал от Эрика, что у вас трения с компанией моего брата. «Гант эдж» всемирный концерн, и нет никакого секрета в том, что наши ежегодные продажи превышают тридцать миллиардов. У моего брата, который руководит компанией с тех пор, как я работаю в конгрессе, не всегда есть возможность вникать во все вопросы, а его служащие не решаются напоминать ему о разных мелочах. Сегодня утром я разговаривал с ним. Он, конечно, ошибался, считая тот самолет, который вы вывели из строя, одним из наших; этот самолет принадлежал одной частной компании на Карибах, которая не заинтересована в претензиях на возмещение ущерба. Крайг написал вам письмо по этому поводу. Оно должно быть отправлено с сегодняшней почтой.

— Конечно, сенатор, это снимет массу вопросов, – сказала я, непринужденно разваливаясь в кресле. – Полагаю, для него так же, как и для меня.

— Теперь в отношении другого дела, также касающегося вас. Боюсь, моего сына несколько занесло в рвении помогать приютам для бездомных здесь, в Чикаго. Ему искренне хотелось помочь обездоленным людям. Алек немного наивен. Он так привык к обеспеченной жизни и потаканиям, что, когда двое его друзей предложили ему войти в правление, он… ну, перешел границы в стремлении помочь им. Мой сын вышел из этой организации и не хочет в дальнейшем принимать участия в их делах. Он был особенно смущен своей долгой дружбой с Доналдом Блэкли. Блэкли, очевидно, дал указание одному из подрядчиков «Хоум фри» убить Дердри Мессенджер. Для всех нас, и для моей семьи, и для моей компании, стало огромным потрясением, что банкир, которому мы все доверяли, так коварно нас обманывал. Очевидно, Доналд Блэкли использовал и компанию, и свой собственный банк «Гейтвэй» для отмывания денег, а «Хоум фри» был его основным помощником. Когда покойная миссис Мессенджер обнаружила это, ей следовало немедленно пойти в полицию, но она попыталась героически бороться с Блэкли одна, и, как мы все видим, это окончилось для нее трагически. Я настоятельно рекомендовал Клайву Лэндсиеру использовать всю его власть, чтобы возбудить дело против человека, непосредственно ответственного за убийство, против Энтона Радеску. А его босс, Гэри Карпентер, виноват лишь в своей неосведомленности.