Книга Ангел-хранитель, страница 63 – Сара Парецки

Люси Мойнихэн, владелица и управляющая бара «У Карла», заметила нас еще в дверях и провела к одному из тех столиков, которые она приберегала для постоянных посетителей. Она выросла в Детройте и была страстной болельщицей «Тигров», так что мне пришлось подождать, пока они с Мюрреем не закончат разбирать вчерашнюю игру, прежде чем я получила возможность рассказать ему о миссис Фризелл и ее собаках.

— Это очень печально, Вик, но это вовсе не тема для статьи, – проговорил Мюррей, жуя гамбургер. – Я не могу принести ее своему редактору. Первое, что он захочет знать, – это в какой степени тобой руководила ненависть к Ярборо.

— Дик не имеет к этой истории никакого отношения, за исключением того, что они с Пичи работают в одной юридической фирме. Но не кажется ли тебе интересным то обстоятельство, что он собирается надавить на «Чикаго лойер», чтобы они не давали хода моему письму?

— Честно говоря, нет. Думаю, он защищает доброе имя «Кроуфорд, Мид». Каждый может оказаться в подобном положении. Принеси мне настоящую грязь, и я пойду для тебя в огонь и в воду. Эта же история никому не интересна. Ты собралась в крестовый поход во имя своей пожилой леди и не можешь смотреть на вещи объективно.

— Нет, это все-таки годится для статьи. Это происходит во всех кварталах вокруг Линкольн-парка. Молодые преуспевающие бюрократы вторгаются в жизнь своих старых соседей. Людей выживают из домов, в которых они прожили всю свою жизнь, чтобы освободить место для неприкосновенных хозяев. Только в этом случае с Пичи прибавилась еще и кровная месть старой женщине, потому что он ненавидит ее собак.

Мюррей покачал головой:

— Ты меня не убедила, Вик.

Я вынула из бумажника пять долларов и шлепнула купюрой о стол. От злости я даже не могла есть.

— В будущем можешь не обращаться ко мне за одолжениями, Райерсон, потому что ты ничего не получишь.

Когда я устремилась к выходу, то увидела, как он взял мой сэндвич с индейкой и принялся его уплетать. Великолепно. Достойное завершение отвратительного утра.

По дороге в Шомбург я остановилась у одной забегаловки, чтобы выпить молочный коктейль. Я, безусловно, не могла идти на встречу с искаженным от гнева лицом, а я хотела продемонстрировать свой профессионализм будущим клиентам. К счастью, я надела сегодня серо-коричневый брючный костюм и черную хлопчатобумажную блузку – они производили нужное впечатление. И поскольку я пила коктейль через соломинку, то умудрилась не пролить на себя ни капельки.

Встреча заняла у меня весь остаток дня. Я уехала оттуда в половине шестого, договорившись о работе, и присоединилась к потоку машин, медленно двигавшихся к Чикаго. Добираться от северо-восточных пригородов вообще неудобно, а в это время дня у северо-восточных пригородов вообще неудобно ехать куда бы то ни было. Я съехала с шоссе на Гольф-роуд и поехала прямо на восток. Вряд ли это займет больше времени, чем движение по главному шоссе.

«Кабс» играл в этот день в Филадельфии. Я включила радио, чтобы узнать, не началась ли еще игра, но услышала только, как этот болтун Гарри Кэри представлял свое шоу перед матчем. Я переключила приемник на новости. В мире не происходило ничего такого, что бы меня взволновало, начиная от конфликта на Юго-Западе и кончая новостью, что государственные сбережения и займы с целью выхода из экономических трудностей сейчас оцениваются в пятьсот миллиардов долларов.